Заблудшие и проклятые

наружу и схватили погонщика, утащив его в пасть.
В этот момент мимо Кацухиро пронеслась женщина с суровым лицом. Она двигалась так быстро, что он даже не сразу узнал ее. Лишь когда она замедлила шаг, придавив ботинком ногу мутанта, чтобы не дать утянуть того в глотку твари, новобранец увидел, кто это был. Женщина бросила что-то в пасть монстра – Кацухиро понял, что это была граната. Спустя несколько мгновений, едва не задев ботинком сочащуюся слизью пасть, она оттолкнулась от груди мерзкого существа, убегая от него прочь.
Груда мутировавшей плоти с нечеловеческой скоростью ринулась к женщине, пытаясь ее поймать, но та была уже далеко. Монстр не успел добежать – граната взорвалась, разорвав его плоть, и погрузила создание в мучительную агонию. Несмотря на смертельные раны, нелюдь был все еще жив и ревел от боли, яростно размахивая конечностями.
Кацухиро закричал и выстрелил в единственный глаз монстра. Тот лопнул от первого же попадания, но Кацухиро продолжал стрелять до тех пор, пока спазмирующее тело мерзости окончательно не прекратило двигаться.
Солдат прекратил беспорядочный огонь и уставился на существо – никогда он не видел ничего подобного, он даже не знал, что такое вообще может существовать!
Чья-то рука мягко схватила его за плечо, оторвав от созерцания трупа.
– Хорошая работа – сказал Доромек. – Пора убираться отсюда.
– Ты это видел?! – спросил у него Кацухиро.
– Видел что?
– Эту женщину… что она сделала! Она убила его!
Позади бойцов раздался низкий рокот двигателей, а в дыму стали видны крупные силуэты машин.
– Знаешь, – произнес Доромек. – Нам действительно пора убираться отсюда.
Где-то далеко возле шестнадцатого бастиона зазвучали свистки. Офицеры и ветераны отдали приказ об отступлении, и уцелевшие отряды пехоты с радостью подчинились, уступая дорогу огромным танкам, направляющимся в контратаку. Их прицельные авгуры сияли алым, когда противопехотные орудия наводились на приближающихся противников.
Не осознавая того, Кацухиро бросился бежать за Доромеком и потоком людей, сломя голову несущихся к бастиону. Хотя приказ об отступлении был санкционирован командованием, оно больше напоминало безумное, неорганизованное и стремительное бегство.
Мимо Кацухиро промелькнули серые борта танка. Он увидел еще одну линию пехоты регулярных войск, должным образом экипированной зимним обмундированием. Бойцы маршировали стройными рядами, готовые в любой миг открыть огонь. Чьи-то руки опять схватили Кацухиро и потащили вниз как раз в тот момент, когда вокруг вновь начали проноситься выстрелы. Он поддался своему спасителю, свалившись в окоп позади линии.
Еще через мгновение танки дали залп, изрыгая удушливый едкий дым. Загремели тяжелые болтеры и стабберы, заглушая все вокруг ревом микроракетных двигателей и детонацией миниатюрных боеголовок. Кацухиро поднялся, чтобы осмотреться – он увидел, как тела мутантов разрываются на части, а их изодранные ошметки клочьями летят на корпуса машин. Некоторым зверолюдям повезло – они были достаточно ловкими и им удалось проскользнуть мимо танков. Впрочем, удача была недолгой – их моментально сразили залпы сопровождающей бронетехнику пехоты.
Доромек спокойно стоял рядом и быстро стрелял из лазгана, поражая врагов в глаза, рты или прямо сердца – после каждого из его выстрелов падало по одному зверю, и даже нечеловеческая живучесть не спасала их от его точных выстрелов. Когда последний из мутантов рухнул замертво, танки на всей скорости рванули вперед, продолжая вести огонь, пока их массивные туши не исчезли в водовороте дыма и огня.
– Прекратить стрельбу! – раздался одинокий голос Адинхава Джайнана.
– Они ушли! – закричал кто-то. После этих слов призывники разразились радостными воплями. Впрочем, ветераны на это никак не отреагировали, оставаясь настороже.
– Что это были за твари? – спросил Кацухиро.
– Мутанты, нелюди, зверолюди, одни из самых дегенеративных подтипов людей, – ответил Доромек, деловито меняя блок питания на своем лазгане.
– А другие, те, что побольше… кто они?
Кацухиро встретился взглядом со снайпером. Он бы мог поклясться, что увидел вспышку ужаса в его глазах, прежде чем непреклонная уверенность вернулась на лицо Доромека.
– Честно? Я не знаю.
Товарищ на мгновение показался ему совсем другим человеком, но потом улыбнулся и ударил Кацухиро по плечу с такой силой, что тот поморщился от боли. Прежний Доромек вернулся, и он был этому несказанно рад.
– Ты пережил свою первую битву. Отлично сработано, – с ухмылкой произнес снайпер.
– Это еще не конец! Всем вернуться