Бомбардировка Терры уже началась.Оборона Солнечной системы рухнула под напором могущества варпа и разрушительной мощью армады Магистра Войны. Отныне Луперкаль бросил свои силы на завоевание Тронного Мира.На защитников обрушился свирепый огневой вал артподготовки, по завершению которой рядом со стенами Дворца развернулось сражение, в котором суждено пасть миллиардам.Это бойня за гранью ужаса, ибо даже дышать там почти невозможно – воздух вытеснила отрава и кровь. Всё больше и больше людей гибнет в нескончаемой мясорубке, и, несмотря на все их усилия, укреплениям Рогала Дорна суждено пасть.
Авторы: Хейли Гай
все вокруг.
Солнце исчезло под облаками черными от пепла. Ветра, переносящие трупную пыль, приходили сюда из далеких городов, а когда видимость стала достаточно хороша, все солдаты узрели погребальные костры, пылающие в далеких ульях.
Приближалась весна. Энергия, обрушившаяся на Терру, вызвала скорое потепление, и снег превратился в дождь даже на полюсах планеты. Грязь, смешанная со льдом, забивала все вокруг. Земля, орошенная кровью, ужасно воняла. Новобранцы сражались в той же одежде, в которой их и призвали. Переодеться им было не во что – впрочем, и умыться им тоже было нечем. Они превратились в грязных дикарей, что прятались за разрушенными стенами фортов в тени величайшей крепости Империума. Каким бы ни был их первоначальный цвет кожи, отныне он был един для них всех: призывники были покрыты серой пылью, а их глаза стали красными и воспаленными, и сильно выделялись на перемазанных грязью лицах.
Казалось, что пыль покрыла весь мир. Их одежда приобрела смесь оттенков слякоти, разрушенных укреплений и сбитых вражеских кораблей.
Все здесь было лишь одного цвета и все одинаково пахло, будь оно живым или мертвым.
Немногим везунчикам выдали шинели, чтобы они не замерзли, но Кацухиро среди них не было. Он прорезал дырку в центре одеяла и надел его через голову, словно пончо. Казалось, призывнику никогда не было тепло – даже когда мертвецы снабдили его телогрейкой и штанами, более подходящими к нынешнему климату. Вещи лежали в крови, покрытые экскрементами и гниющей плотью, но ему было все равно – холод был куда более коварным убийцей, нежели оружие врага. Сражения являли собой не столь частую угрозу в отличии от холода, который никогда не исчезал.
Иногда шел дождь из ядовитой слизи: то были загрязняющие вещества, которые выбрасывали в атмосферу пылающие города. Когда он прекращался, то оставлял после себя металлический запах. Те, кто осмелились выпить собранную дождевую влагу, погибли. Некоторые делали это из-за отсутствия питьевой воды – жажда и голод мучили их всех – но через какое-то время ядовитую жидкость стали пить целенаправленно, чтобы спастись от окружающего их кошмара. Дождь принес с собой и другие опасности: когда техноадепты и их роботы-телохранители расхаживали по постройкам, выполняя свои непостижимые обычным людям задачи, их счётчики Гейгера гремели так громко, что звук больше походил на истеричное карканье множества ворон.
– Мы все мертвы, – проговорил Кацухиро однажды ночью, ни к кому не обращаясь. Вокруг все пытались хотя бы немного отдохнуть, но Кацухиро не мог. Его зубы шатались в деснах, а волосы выпадали. – Вопрос лишь в том, в какое мгновение это произойдёт…
– Отсчет начался с того момента, когда ты родился, мальчик, – сказал Ранникан. Он был одним из немногих знакомых Кацухиро – имён остальных он так и не выяснил. Новобранцы не прилагали особых усилий, чтобы узнать друг друга получше.
Смерть забирала большинство прежде, чем они могли познакомиться.
Спать удавалось только урывками – вахта длилась четыре часа. Враг мог прийти в любой момент, и он пришел. Вся нынешняя жизнь Кацухиро была заполнена ужасающими битвами: в одних отражались атаки орд предателей, в других они прятались от бомб или были заняты непосильным физическим трудом на ремонте укреплений. Процесс работы контролировался техножрецами, а не VII-ым Легионом, как надеялись новобранцы. По крайней мере, иногда марсиане одалживали для этой цели своих сервиторов и прочую технику, хотя машины они берегли куда сильнее, нежели разумных людей, что работали, загоняя себя до смерти.
Ежедневно связующие узлы вроде Бастиона-16 обрастали новыми сетями траншей, соединяя разрушенные сектора первоначальной оборонительной системы или же разбивая зону поражения между ними на отдельные защищенные участки. Иногда они петляли по равнине, чтобы создать более надежные зоны обороны для бастионов, или же создавали опорные пункты среди обломков. Удивительно быстро первые кольца обороны, лично спроектированные Рогалом Дорном, были перестроены, но стоило солдатам закончить работу, и враг опять делал свое дело.
Линии траншей сравнивали с землей вместе с жизнями тех, кто находился внутри, и земляные работы начинались заново. В результате непрекращающихся атак было разрушено каменное основание геоформированной равнины, и хотя это облегчало создание новых траншей, работа становилась ещё более отвратительной из-за того, что призывникам приходилось копать смесь фарша из гниющей плоти и грязи, а затем наблюдать в стенах окопов останки погибших.
За последние две недели Кацухиро видел множество подобных вещей. Запас страха и благоговения, дарованный ему на
