Заблудшие и проклятые

Оборонительные линии извивались по рельефу местности, словно прожилки жира в куске мяса, а над полем боя роились плотные группы штурмовых кораблей обеих сторон.
, – произнес Пент, и его мысленные импульсы подсветили фортификационные сооружения, транслируемые гололитом. Из тонкой нити с такой высоты сооружения стремительно утолщались в своей значимости.
Праздное любопытство заставило его наложить старые орбитальные съемки на местность – сначала старые Гималазийские горы и долины, затем искусственную равнину, которую Император создал вокруг своего разрастающегося творения. После миллионов лет покоя эта область всего за пару столетий прошла путь от естественных геологических преобразований до кладбища пустотных кораблей. Равнины были разрушены, усеяны остовами упавших кораблей, а волны армий, движущихся по земле, окрашивали ее в черный цвет.
Они продолжали снижаться. Авгуры вспыхивали с каждым ударом по щитам. Его аколиты бормотали доклады о своем состоянии, но Пента это мало интересовало. Все его внимание было приковано над тем, что происходило с «Эгидой» Дворца. Она мерцала под ударами бомбардировки, раскрывая свою сложную ячеистою структуру. В своем роде она была единственной защитой, которая превосходила стандартные пустотные щиты. Если бы у Пента все еще присутствовал пищеварительный тракт, то он изошелся бы слюной в перспективе постичь ее секреты.
Но сперва «Эгиду» нужно было разрушить – и он гордился тем, что играл в этом определенную роль.
Стена все больше и больше увеличивалась под килем корабля, беспокоя Пента своими масштабами. Затем, когда они спустились, она ушла влево. Гололит от края до края заполнила Катабатическая Равнина. Места отдельных схваток становились более четкими и стремительными: хаотичный свет лучей лазеров с обеих сторон прорезал почерневшую землю, а вспышки взрывов расцветали, словно цветы на голой почве.
Теперь корабль в большей степени подвергался ударам легкого оружия, которое оставляло на его поверхности повреждения размером с бисер. Крупные попадания все еще сотрясали щиты, уничтожив еще два защитных слоя Ковчега.
, – произнесла нараспев Пента-4.
Гигантская дрожь прошла по кораблю. Пент мельком увидел отдельных людей на земле, прежде чем из-за вибрации фокус авгуров размылся, уменьшая вид со стороны брюшной части корабля до коричневого мазка.
Снижение корабля таких размеров, как Ковчег Пента, было немалым подвигом, и пагубно сказалось на его физическом состоянии. Приземлившись, он, скорее всего, никогда больше не сможет подняться в пустоту, но жертва его личного судна была ничем в сравнении с тем, что Клайн Пент сможет получить в случае победы Магистра Войны.
Кричащие сигналы тревоги предупреждали о предстоящем приближении грунта Терры. Двигатели оглушительно ревели, а обстрел усилился, сильно напрягая корабельные щиты.
Мышечная память заставила Клайна Пента стиснуть зубы.
, – объявил Пента-4, когда визг двигателей, казалось, готов был разорвать мир на части.
Корабль занял устойчивую позицию в грунте. Двигатели отключились. Гром битвы снова занял главенствующее место среди звуков.
Пент распрямился. Это момент принадлежал ему.
.
Его аколиты работали быстро, как в физическом, так и в священном мире машин. Пустотные щиты перестраивались, плотно прижимаясь к земле и простираясь на расстояние, превышающее более двухсот метров от корпуса корабля.
.
, – доложил Пента-2.
, – добавил Пента-1.
, – доложила Пента-5.
, – сообщил Пента-3.
Гротескное тело Пента наклонилось вперед. Огромные руки схватили перила вокруг его командной кафедры.
.
***
Боковые поверхности Ковчега Пента раскрылись, словно лепестки. Рампы выскользнули из корпусов. Бронированные двери открылись и слуги Ордена Нул двинулись наружу.
В семи других равноудаленных точках вокруг Дворца та же процедура была предпринята остальными учениками Соты-Нул. Их корабли-Ковчеги выпустили поток киборгов и полуавтономных механизмов с запрещенным искусственным интеллектом и сущностей, движимых еще более темной природой. Они начали действовать, как только покинули звездолеты, не обращая внимания на огонь оружия, который пробивал пустотные щиты их транспортов и сбивал их, работая четко и организованно, словно муравьи. Хотя каждое устройство управлялось своим сознанием, будь то человек, механизм или что-то еще, все они направлялись волей Бога-Машины, как и было принято Восемью, и под руководством учеников Соты-Нул они приступили к следующей фазе плана Магистра Войны.
Здесь виднелось