Никогда бы не подумала, что совместная поездка с родителями в Словакию, к развалинам древнего замка, обернется для меня началом невероятных событий. Случайно загаданное желание, и вот я — обладательница рокового дара, некогда принадлежавшего Кровавой графине Эржебет Батори. Единственная возможность избавиться от него — умереть. Во всяком случае, так утверждают охотящиеся за мной ведьмаки, получившие приказ разыскать и уничтожить новую хозяйку дара. Возможно, все так бы и случилось, вот только никто не ожидал, что в ход опасной игры вмешается судьба и предсказанное гадалкой сбудется: охотник влюбится в свою жертву.
Авторы: Чернованова Валерия Михайловна
— Вы в порядке? — вопросил мой спаситель.
Я несмело приоткрыла один глаз.
— Теперь, кажется, да. — Благодарно улыбнулась незнакомцу, чудом оказавшемуся поблизости и избавившему меня от унизительного падения и травм. В прошлый раз, когда зимой скатилась с этой лестницы, заработала ссадину на щеке и ушиб копчика. — Спасибо.
— Пустяки. — Блондин улыбнулся в ответ и, сощурившись, пристально на меня посмотрел, при этом его густые брови сошлись на переносице. И чего хмурится? Открыл было рот, явно намереваясь о чем-то спросить, но тут его окликнули… по-венгерски: — Этери, мы выяснили…
Заметив меня, парень осекся на полуслове и замер на верхней ступеньке. И снова этот удивленно-изучающий взгляд! Будто у меня на голове распустились цветы, а вокруг них порхают бабочки.
— Мне пора, — сконфуженно промямлила я. Поблагодарив спасителя во второй раз, припустила к фонтану, чувствуя, как две пары глаз — карие и голубые — смотрят мне вслед.
До школы, где ближайшие годы моему братцу предстояло грызть гранит науки, ехала, пребывая в легком шоке. Навязчивый баритон по-прежнему звучал в ушах, не желая оставлять меня в покое.
Так, стоп! Я себя просто накручиваю. Пора забыть о Словакии, иначе в каждом, чей голос хоть отдаленно похож на услышанный мною в ту страшную ночь, буду подозревать ублюдка, воспоминания о котором до сих пор заставляют меня просыпаться в слезах.
Кто были те венгры? Что искали? И хоть один из них, тот, что оказался рядом, превосходно говорил по-русски, даже без намека на акцент, я безошибочно определила в нем жителя Мадьярской страны. Второй вообще был типичным представителем своей нации: среднего роста, широкоплечий, с крупными чертами лица.
Может, студенты по обмену?
Черт! Голова идет кругом…
Яцинт, ухватившись за лямки рюкзака, вприпрыжку шел мне навстречу, в компании таких же, как и он, малолетних вредителей. Один сорванец, повязав черный пиджачок вокруг талии, самозабвенно пинал пустую пластиковую бутылку; второй под хихиканье товарищей крался к идущей впереди и ни о чем не подозревающей девочке с явным намерением запустить ей под блузку жука, которого сейчас держал в руках. Со мной такое в школе тоже пару раз проделывали. Ох и визгу было…
— А ну-ка, иди сюда, — поманила я пальцем маленького пройдоху.
Яци, учуяв неладное, с выражением глубокой скорби на лице поплелся ко мне, еле перебирая ногами. Устав ждать, пока братец преодолеет короткое расстояние, я подскочила к нему и, схватив за руку, потащила к ближайшей скамейке, стоявшей в тени дерева.
— Пусти! — захныкал новоиспеченный ученик.
— Только когда ответишь, какой дрянью вымазал мне ногу!
— Рика, пусти. Я тебя не вымазывал, — еще жалобней завел первоклашка.
— А этта что?! — Я задрала штанину и продемонстрировала Яцинту черный завиток.
— Ой! Татушка! — Брат восторженно вытаращил глаза и, не растерявшись, с видом матерого шантажиста поставил меня перед фактом. — А я маме расскажу.
— Придорук! — Не сдержавшись, отвесила ему подзатыльник. — Мало того что напакостил, так еще и издеваешься!
Яцинт попытался сорваться с места и удрать во двор, чтобы избежать новых затрещин, но я успела схватить его за шкирку.
— Дома поговорим! — и потащила упирающегося негодника через дорогу.
Тот, понимая, что дома спасения от меня уже не будет, ни в какую не хотел идти. Заступиться за Яци было некому. Родители на работе, бабушка улетела в Чехию, на свой любимый курорт, который посещала каждый год в начале осени.
Пока шли, братец клялся и божился, что ни в чем передо мной не виноват и что по закону я не имею права применять по отношению к нему грубую физическую силу. И где только нахватался подобных фраз? Видно, первый день в школе не прошел даром.
Сколько ни пыталась выбить из лгунишки признание, он упорно талдычил о своей невиновности. В итоге я сорвала голос и, шепотом пригрозив рассказать обо всем родителям, отправилась в ванную на очередную битву с проклятым рисунком. В дело пошло все: спирт, ацетон, шампунь, скраб, мыло, но краска словно въелась в кожу. И мне даже начало казаться, что ненавистная загогулина увеличилась в размере.
Когда вечером за мной явилась Иза, я, уже будучи близка к отчаянью, тщетно пыталась найти решение для своей глобальной проблемы.
Заметив, что я еще даже не начинала собираться, подруга всплеснула руками:
— Ну вот! Из-за тебя опять опоздаем!
В семь должно было состояться открытие новой выставки, посвященной культуре Восточной и Центральной
