Никогда бы не подумала, что совместная поездка с родителями в Словакию, к развалинам древнего замка, обернется для меня началом невероятных событий. Случайно загаданное желание, и вот я — обладательница рокового дара, некогда принадлежавшего Кровавой графине Эржебет Батори. Единственная возможность избавиться от него — умереть. Во всяком случае, так утверждают охотящиеся за мной ведьмаки, получившие приказ разыскать и уничтожить новую хозяйку дара. Возможно, все так бы и случилось, вот только никто не ожидал, что в ход опасной игры вмешается судьба и предсказанное гадалкой сбудется: охотник влюбится в свою жертву.
Авторы: Чернованова Валерия Михайловна
вытворяла в последние годы своей жизни, прежде чем ее приговорили к пожизненному заключению в собственном замке на вершине горы. Настоящий дьявол во плоти.
Читать дальше у меня просто не хватило духу, поэтому я начала бегло просматривать записи, стараясь пропускать описания жутких пыток и мучительных смертей. Пока не дошла до свидетельств некоего пастора Поникенуса, возглавлявшего приход в Чейте. Я жадно впилась в страницу глазами.
Когда преступления графини были раскрыты, и в Битчьянском Граде, замке, являвшемся резиденцией Дьердя Турзо, — палатина Венгерского королевства и родственника Эржебет — должно было состояться закрытое судебное заседание, пастор явился к графине в надежде, что она покается в своих грехах, если можно было так назвать свершенные ею злодеяния. Но прекрасная Эржебет, красота которой, казалось, была неподвластна времени, лишь презрительно рассмеялась ему в лицо.
Вот какой она запомнилась Поникенусу, видевшему ее в последний раз: «Высокомерная и надменная, с высоко поднятой головой и неистощимой жаждой чужих страданий во взгляде. В колдовских глазах цвета ночи еще отражались образы истерзанных ею девушек. Длинные светлые волосы, по-прежнему не утратившие золотого блеска, украшала унизанная жемчугом сетка. На изящных руках, так часто орошаемых чужой кровью, проступали начертания сатаны. Своими глазами я видел, как один из гагатовых бутонов, венчавших тонкую кисть зачарованной пани, распустил свои лепестки. Знаки на ее теле были живыми, они порождали в ней греховные желания, разжигали низменные страсти, обволакивая тело Альжбеты искусно сплетенной вязью. Они подчинили себе ее разум…»
Я вскочила как ужаленная и отпрянула от стола. Приглушенный свет ложился на разворот книги, словно прожектором выхватывая последнюю строку. В какой-то момент мне начало казаться, что я схожу с ума. Ведь нельзя же верить священнику, жившему в эпоху суеверного страха…
Мне вдруг стало тесно в хранилище. Казалось, если пробуду здесь еще хотя бы минуту, начну задыхаться. Вернув материалы на место, выбежала в коридор и прислонилась к двери, ощущая ее спасительный холод. Внутри гулко билось испуганное сердце.
«Они подчинили себе ее разум…» — пришли на ум последние слова пастора, для меня прозвучавшие страшнее приговора.
— Теперь ты мой должник. Уже придумал, как будешь расплачиваться?
— Не надоело об этом напоминать? — Этери придирчиво оглядывал себя в зеркале, пытаясь отыскать в своем отражении несуществующие изъяны.
— На кой черт она вообще тебе сдалась? — продолжал недоумевать Даниэль.
Он на самом деле не понимал, чем эта белобрысая могла заинтересовать друга. Бесспорно, Эрика не дурна собой, но у Батори были и куда более изысканные подружки. Из их круга. Не говоря уже о том, что последние несколько лет он вообще не обращал внимания на нежные создания, ограничиваясь короткими, ни к чему не обязывающими интрижками.
— Только не говори, что это любовь с первого взгляда.
— Не говорю, — невозмутимо подтвердил ведьмак. — У нас есть задание, и мы обязаны его выполнить. Или забыл, что нам поручено сделать?
Этим утром телефонный звонок разбудил Этери ни свет ни заря. Так как Цецилии не удалось связаться с сыном, мобильный которого зачастую был выключен, пришлось доставать его друзей. Поинтересовавшись, как продвигаются поиски, и, получив невнятный ответ, предводительница дала троице еще одно поручение — приглядеть за семьей Кальманов. Венцелю так ничего и не удалось узнать об их прошлом. Двадцать лет назад ученые возникли словно из ниоткуда. Сей факт, а также то, что археологам было известно о существовании чаши, очень настораживал колдунью.
— К тому же в ресторане у тебя появится возможность снова их просмотреть, — весомо заявил Этери. — Вдруг Крис прав, и дар в ком-то из девушек.
Даниэль был вынужден согласиться.
— Увидеть их ауры мне точно не помешает. Точнее, ауру твоей подружки.
— А что с ней не так? — насторожился ведьмак. Запихнув в карман кредитку и ключи от арендованной машины, повернулся к другу.
Ведающий стушевался и несмело проронил:
— Даже не знаю, как объяснить… Со мной такого прежде не случалось. Я… я не вижу ауру Эрики. Как будто у нее ее нет.
В комнате повисло молчание. Молодые люди смотрели в упор друг на друга, словно дуэлянты, готовые в любую секунду обнажить шпаги.
— Ты ведь понимаешь, что это невозможно, — наконец четко, с расстановкой проговорил Этери, будто вдалбливал нерадивому школьнику невыученный урок. — Аура
