Зачарованная тьмой [СИ]

Уже давно следовало заявить на вас в полицию, а заодно поделиться своими соображениями насчет миссии трех таинственных иностранцев, после появления которых из музея странным образом исчезла древняя реликвия. А несколькими неделями позже чуть не погибла девушка на глазах у многочисленных свидетелей, — выпалила на одном дыхании и замерла, ожидая его реакции.
Ну хоть бы сделал вид, что испугался. Вместо этого Этери задумчиво усмехнулся и начал медленно ко мне приближаться, отчего срочно захотелось заползти под диван.
— Могу допустить, что у правоохранительных органов после этого появятся к нам вопросы относительно чаши, но трагический случай с Вероникой связать с нами им точно не удастся. К тому же, — улыбка стала шире, — у тебя было достаточно времени, чтобы всем все рассказать. Ну или хотя бы своим родителям. Но ты этого не сделала. Почему?
Я потупила взгляд. Самой интересно… Несколько раз порывалась заговорить с матерью, но меня постоянно что-то останавливало.
Поняв, что угрозами его не проймешь, жалобно взмолилась:
— Тебе лучше уйти. Я ничего не желаю знать ни о вас, ни о том, зачем вы сюда явились. Мне просто хочется обо всем забыть.
— А об этом? — В несколько шагов преодолев разделяющее нас расстояние, Этери схватил мою руку и оголил запястье. — Об этом забыть не хочется? Или предпочитаешь и дальше любоваться нательной росписью? Правда, если от нее не избавишься, любоваться придется недолго.
Я отдернула руку и попятилась к лестнице.
— О чем это ты?
— О силе, Эрика. Которая сейчас находится в тебе и которая медленно тебя убивает.
Почувствовав слабость в ногах, опустилась на нижнюю ступеньку.
— Значит, история графини — это не бред средневекового летописца… И то, чем владела Батори, теперь находится во мне? — На глаза навернулись слезы. — Но почему этот дар помогал кровожадной преступнице, а меня непременно должен убить? И как… Как от него избавиться?
— Это-то нам и нужно выяснить. Но если продолжишь избегать меня, ничего не выйдет. — Он присел рядом и осторожно коснулся моих дрожащих рук. — Обещаю, ни я, ни Кристиан или Даниэль не причиним тебе вреда.
— Извини, но после того, что случилось на празднике, мой лимит доверия окончательно исчерпан, — буркнула я.
— Больше такого не повторится. Клянусь. — Этери сконфуженно замолчал, и некоторое время мы просто наблюдали за игрой пылинок в лучах полуденного солнца. — Прости, это разговор не пяти минут, а здесь спокойно поговорить не удастся. Лучше встретимся вечером в парке.
И как в воду глядел. Не успел он распахнуть дверь, как столкнулся лицом к лицу с моей подругой, держащей за руку Яцинта.
— Опачки! — только и смогла вымолвить та.
— Буду ждать тебя в шесть, — напомнил незваный гость и, приветливо улыбнувшись Изольде, поспешил к воротам.
— Вы же вроде как расстались…
— А мы вроде как и не сходились! — выпалила я и пулей метнулась наверх.

— А ничего, что я между вами, как между двух огней. — Даниэль сидел на скамейке и рассеянно наблюдал за возней ребятни, резвящейся неподалеку и бросающей друг в дружку охапки желтой листвы. — Вообще-то я разделяю твои чувства, но и Криса можно понять. Ведь если бы дар оказался в ком-то другом, ты бы не раздумывая…
— Мы найдем способ забрать силу, — спокойно перебил его Этери. — Но такой, что не причинит ей вреда.
— А разве он существует? — кисло осведомился Даниэль.
— Должен быть. — Батори застегнул пальто на все пуговицы и поежился от холода.
Погода изменилась в одночасье. Еще вчера царило бабье лето с его многоцветьем, а сегодня хлесткий ветер с бешеной скоростью обнажал деревья, делая все вокруг мрачным и серым.
Заметив Эрику, несмело озиравшуюся по сторонам, молодой человек поспешил ей навстречу.
— Что, если Цецилия узнает? Долго скрывать правду не получится, — следуя по пятам, продолжал выдвигать мрачные гипотезы Ведающий.
— Мне все равно, — равнодушно ответил ведьмак и ускорил шаг.
Этери на самом деле была безразлична реакция предводительницы, а на строящего из себя невинно обиженного Криса ему было, мягко говоря, наплевать. В последнее время они практически не общались, а если и затевали разговор, то всякий раз он грозился перерасти в настоящую ссору. Зная сволочной характер Керестея, Этери понимал, что так просто тот не сдастся.
Странно, но это стало его идеей фикс: навредить Эрике и заполучить дар. И неизвестно, чего Крис желал больше: первого или второго. Стоило случайно упомянуть о ней, как Эчед становился неузнаваемым — его глаза загорались ненавистью, и все остальные чувства, казалось, подчинялись