Зачем мне любовь?

он все еще прикрывал руками, сильно порванная одежда, кстати, довольно дорогая на вид. Я достала из кустов свой телефон и набрала 03, объяснила ситуацию и спросила, что же мне дальше делать. Равнодушный женский голос сообщил, что «Скорая» приедет, как только сможет, а пока сидите и ждите.
Вдруг кто-то схватил меня за плечо. С диким визгом я отскочила в сторону. Обернувшись, я встретилась с недовольным взглядом таксиста.
— Ну че, едем уже? За простой денежки тоже капают!
И тут меня понесло. Я начала на него кричать, чуть ли не полезла с кулаками, меня отвлек стон, обернувшись, я поняла, что человек начал приходить в себя.
— Черт, больно… — еле слышно простонал мужчина.
Я рухнула рядом с ним на колени и аккуратно, едва касаясь, провела по его голове рукой. Сразу обнаружилась огромная шишка, прям как в мультиках про Тома и Джерри, которыми я засматривалась в детстве. «Блин, наверняка серьезное сотрясение», — пронеслось у меня в голове.
— Тихо, мой хороший, сейчас «Скорая» подъедет, и все будет отлично. — Успокаивала я скорее себя, нежели его.
— Нельзя… «Скорую»… Антон… телефон… — бессвязно бормотал мужчина.
— Ну че? До утра тут торчать будешь? — грубо спросил таксист. — Тогда я поеду, медиков ты и без меня дождешься. Хотя сомневаюсь, что кто-то поспешит на твой вызов. Не особо они любят на результаты разборок выезжать, потом больно мороки много с милицией, затаскают, как свидетелей, я-то знаю, десять лет на «Скорой» отработал водителем, — с уже привычной недовольной миной, закончил таксист. Многое мне стало понятным: и его равнодушие, и нежелание влезать в это дело.
Черт, что же мне делать? С одной стороны, страшно трогать избитого, не дай Бог, сделать еще хуже, а с другой — я тоже не особо доверяла нашей совсем нескорой помощи.
«Ладно», — решила я, и потянулась к карманам незнакомца. Телефон нашелся почти сразу, чудо, что его не утащили гопники. В контактах были номера всего двух Антонов. Наугад я набрала один из них. Послышались длинные гудки. Черт, ладно попробуем второй вариант.
— Ну, давай Антошка, друг в беде… Давай, миленький, ответь, — приговаривала я, слушая очередные монотонные гудки. Уже совсем отчаявшись, я решила попробовать набрать наугад еще один номер, но тут в трубке послышался хриплый со сна недовольный мужской голос.
— Твою мать, Кир, два часа ночи на дворе, надеюсь у тебя что-то серьезное, иначе я тебе башку завтра оторву! — негодовал некий Антон.
— И без вас почти оторвали, — сухо ответила я.
— Что за херня?! Ты кто такая?! Где Кир, я тебя спрашиваю?! — начала орать трубка так, что я чуть не оглохла.
— Во-первых, не надо повышать на меня голос, — начали сдавать мои маленькие бедные нервы, — во-вторых, твоего друга избили на Юбилейной улице, а я случайно спугнула напавших. Сейчас же, вместо того, чтобы лежать дома, в своей кроватке, и видеть во сне розовых слоников, я сижу на холодной земле в обществе чертового любителя шансона, — кинула я яростный взгляд на меланхолично курящего какую-то дрянь таксиста, — и твоего друга-неудачника, которому чуть не проломили башку, хотя я не уверена, что не проломили… Еще чуть-чуть, и я плюну на свое зашкаливающее человеколюбие и поеду домой, надеясь забыть эту ночь, как страшный сон. Еще вопросы? — наконец, начало спадать с меня некое оцепенение, в котором я находилась все это время.
— Не смей бросать телефон, — все не унимались на том конце провода, видимо я все-таки нашла нужного Антона. — Слушай меня, — начала командовать трубка. — Сейчас везешь Кира по этому адресу, я вызову нашего друга врача и встречу тебя у подъезда. Сделаешь все правильно, девочка, получишь хорошую денежку, поняла?
На этом месте у меня от возмущения перехватило дыхание, я тут, вся такая благородная, спасаю какого-то незнакомого мужика, а мне в нос тычут деньгами. Вернее, пока не тычут, но явно собираются.
— Я-то приеду, проблема в том, что у меня силушки не хватит перетащить твоего друга в машину, а добрый дяденька-таксист, помогать явно не собирается, — наябедничала я мужчине.
— Передай дяденьке трубку, — от голоса Антона повеяло арктическим холодом.
Не знаю, что именно сказал водителю Антошка, но тот сначала покраснел, потом побледнел, просипел: «Сейчас будем», и, бросив мне в руки телефон, аккуратно поднял избитого Кира. Тот снова пришел в сознание, но от жуткой боли мог только стонать.
Вдвоем мы довели мужчину до машины и разместили на заднем сидении. Чтобы уменьшить тряску я села с ним рядом и приобняла. Наконец, передняя дверь хлопнула, и мы помчались по указанному Антоном адресу.
Ехали мы быстро, благо ночью дороги абсолютно пустые. Я бросила взгляд на приборную доску. Два часа десять