Может ли анонимное письмо напугать до смерти? Оказывается, да — если тебе есть что скрывать, а автор письма читает твои мысли. Получив такое послание, Марк Меллери обращается за помощью к старому приятелю — знаменитому детективу в отставке Дэвиду Гурни. Кажется, Гурни, для которого каждое преступление — ребус, нашел идеального противника: убийцу, который любит загадывать загадки.
Авторы: Джон Вердон
или третий человек вытягивал ту самую карту, которая была ему нужна. А если нет, он шел на кухню за чайником, а затем начинал фокус сначала. И он всегда находил какие-то правдоподобные причины исключить из игры тех, кто выбирал неправильные карты, так что никто не догадывался, в чем на самом деле фокус.
Родригес зевнул:
— И как это связано с историей про 658?
— Я точно не знаю, — сказал Гурни, — но идея, что кто-то думает, будто вытягивает случайную карту, в то время, как эта случайность подстроена…
Сержант Вигг, которая все это время слушала с возрастающим интересом, вдруг вмешалась:
— Ваш фокус с картами напомнил мне знаменитую почтовую разводку конца девяностых.
Может быть, дело было в ее странном голосе, который мог принадлежать и женщине и мужчине, или в том, что она вообще заговорила, поскольку это было редкостью, но она мгновенно приковала к себе всеобщее внимание.
— Адресат получал письмо якобы от частного детективного агентства, в котором они извинялись за вмешательство в его личную жизнь. Компания «признавалась», что в ходе выполнения некоего заказа они по ошибке подвергли адресата наблюдению и в течение нескольких недель фотографировали его в различных ситуациях. Они также заявляли, что по закону обязаны все фотографии отдать ему. И тут возникает ключевой момент: поскольку некоторые из фотографий могут показаться компрометирующими, не предпочтет ли дорогой адресат получить их не на домашний почтовый адрес, а на абонентский ящик? В таком случае потребуется лишь прислать им пятьдесят долларов в счет оплаты расходов.
— Придурки, которые на это ведутся, заслуживают того, чтобы потерять пятьдесят баксов, — мрачно пробормотал Родригес.
— Многие потеряли гораздо больше, — произнесла Вигг. — Дело было не в конкретной сумме. Это был всего лишь тест. Мошенник отправил больше миллиона таких писем, и требование прислать пятьдесят долларов было нужно, только чтобы составить список людей, которым есть что скрывать от своих домашних. Затем с них требовали уже заоблачные суммы за избавление от компромата. Некоторые заплатили до пятнадцати тысяч.
— За фотографии, которых в природе не было! — воскликнул Клайн со смесью возмущения и восхищения находчивостью обманщика.
— Глупость некоторых людей не перестает меня… — начал было Родригес, но Гурни его перебил:
— Господи! Вот же оно! Вот зачем он просил прислать двести восемьдесят девять долларов. Это то же самое! Это просто тест!
Родригес непонимающе уставился на него:
— Какой еще тест?
Гурни закрыл глаза, чтобы представить себе письмо с просьбой о деньгах, которое получил Меллери.
Клайн нахмурился и повернулся к Вигг:
— Этот мошенник, говорите, миллион писем отослал?
— Так писали в газетах.
— Тогда это совсем непохожая ситуация. Там было налицо мошенничество — в огромную сеть одинаковых писем поймалось несколько рыбешек с нечистой совестью. Но у нас совсем другое. Записки, написанные от руки небольшой группе людей, для которых цифра 658, по всей видимости, что-то значила.
Гурни медленно открыл глаза и посмотрел на Клайна:
— Не значила. Сперва я тоже решил, что цифра имеет значение, потому что иначе отчего бы именно она пришла на ум первой? Я несколько раз спрашивал Марка Меллери, о чем ему говорит число 658, с чем ассоциируется, видел ли он его где-то написанным, могло ли оно быть частью адреса, комбинацией замка сейфа… Но он отвечал одно и то же — что эта цифра никогда прежде не приходила ему на ум, она была абсолютно случайной. Следовательно, нужно было другое объяснение.
— Вот вы и вернулись к тому, с чего начали. — Родригес закатил глаза, демонстрируя усталость.
— Возможно, нет. Возможно, история про почтового мошенника ближе к правде, чем нам кажется.
— Хотите сказать, что наш убийца отправил миллион писем? Миллион рукописных писем? Это немыслимо — я уж не говорю о том, что это технически невозможно.
— Миллион — разумеется, невозможно, если только ему не помогли, что в нашем случае маловероятно. Но какое количество он мог бы организовать?
— К чему вы клоните?
— Представим, что у нашего убийцы такой сценарий: отправить письма множеству людей, написав их от руки, чтобы каждый подумал, что послание адресовано ему лично. Сколько таких писем можно написать, допустим, за год?
Капитан вскинул руки, демонстрируя, что этот вопрос не только не имеет ответа, но и не относится к делу. Клайн и Хардвик между тем задумались, как будто пытаясь подсчитать количество. Штиммель, как обычно, был невозмутим как амфибия. Ребекка Холденфилд смотрела на Гурни с нескрываемым восхищением. Блатт сидел с таким
