В космосе может произойти всякое. Особенно — в дальнем! А уж что творится на далеких планетах — знают только фантасты!Читайте в новом сборнике рассказы и повести ведущих отечественных мастеров жанра — Владимира Михайлова, Василия Головачева, Владимира Васильева, Александра Громова, Леонида Каганова, Алексея Калугина, Юлия Буркина, Владимира Ильина и других замечательных авторов.
Авторы: Головачев Василий Васильевич, Галина Мария Семеновна, Афанасьев Роман Сергеевич, Синицын Андрей Тимофеевич, Байкалов Дмитрий Николаевич, Васильев Владимир Германович, Юлий и Станислав Буркины
Николас вздохнул, его плечи поникли. Тихо фыркнула виверра за пультом.
— Долго еще? — озабоченно спросил кто-то, глядя на часы.
Обезьянка застыла, напряженно сморщив лицо, только пальцы ног скребли по земле, подгребая клочки сухой травы. Николас снова вздохнул и махнул Тони рукой. Поляна поплыла вниз, и в этот момент из-за деревьев высунулась гигантская клыкастая пасть на чешуйчатой шее. Сомкнулись зубы, и обезьянка, тихо вскрикнув, исчезла — лишь длинно-палая кисть подергивалась в траве, скребя коготками и силясь дотянуться до куска кремня.
— Вуаля! — после секундной заминки воскликнул Николас, протягивая руку. В рубке зааплодировали.
— По-моему, над нами издеваются, — вдруг тихо сказала девушка в очках. Николас выпучил глаза и прижал руки к груди. Лицо его изображало искреннее огорчение и удивление.
— Разве вам не любопытно? Не весело? — дрожащим голосом спросил он, трагически задрав брови. Снова чихнула виверра — на этот раз громко и как будто сердито.
— Просто на хищников Гринписа нет, — поддел кто-то, и все рассмеялись.
Публика давно разошлась, и лишь мужчина в костюме бродил по шатру, задумчиво посвистывая и не обращая внимания на нетерпеливые взгляды Николаса. Наконец он подошел к распорядителю.
— Прекрасное представление!
Николас кивнул, выжидающе глядя на лощеного.
— Панорамы чужих планет — какой-то трюк с проектором? Кино? — небрежно поинтересовался тот.
— Не просто кино, — наставительно ответил Николас. — Очень качественное, великолепное, уникальное кино!
— А животные из зверинца, зверюшка с трубкой?
— Куклы. Резина, папье-маше, моторчики. Воск и стекло. Куклы!
Лощеный с сочувственной улыбкой вытащил карманный компьютер. Быстро нашел нужный файл и сунул под нос Николасу.
— Это ведь вы рассылали, Николай Александрович? “Я не прошу вас поверить. Я прошу вас проверить и убедиться, — прочитал он с выражением. — Это очень простое устройство, но оно может многое. Человечество наконец-то шагнуло за пределы Солнечной системы…”
— Ничего я никогда не рассылал, — холодно сказал усач, разводя руками.
— Ну да, ну да. А в какие-нибудь организации вы пытались обратиться? Государственные, научные, коммерческие? Вижу, что нет. Боялись, засекретят? “Звезды должны принадлежать всем” — так вы писали?
— Уходите, — буркнул Николас. Сморщившись, отодрал усы, обнажив покрасневшую, разраженную губу. — У нас уже закрыто.
— А ваши странные сотрудники — это те, кто откликнулся? — не отставал мужчина. — Я поболтал с вашей билетершей — она в панике и собирается сбежать, вы в курсе? Так их с самого начала было только трое? Я смотрю, ваша первая публика оказалась неблагодарной. — Он потер нос,усмехаясь и нагло глядя в глаза распорядителя. Потом потянул из кармана визитку. “Продюсер” — мелькнуло перед глазами. — Если вам когда-нибудь надоест валять дурака… — Лысина распорядителя побагровела, и мужчина предостерегающе подняв руки, быстро проговорил: — Здесь вам не место. — Он кивнул на пыльный пустырь. — Я не понимаю, почему вы не хотите воспользоваться другими возможностями…
— Какими такими возможностями? — сделал большие глаза распорядитель. — Я вас не понимаю.
Продюсер снова потер нос, на секунду задумавшись. Потом его лицо просветлело.
— Вы абсолютно правы, Николай Александрович. Это совершенно никому не нужно и даже опасно. Вы дальновидный и осторожный человек, мы сработаемся. Это будет самое лучшее шоу…
— Какая фантазия, какие эффекты! — желчно подхватил Николас. — Отлично расслабляет, а? Прикалывает? Как там у вас… оттопыривает, да? — Его лицо налилось кровью.
— Сейчас говорят — вставляет, — поправил лощеный. — Чуть-чуть поработать профессиональному сценаристу… Завтра вечером я подъеду, чтобы обсудить детали, договорились? Это будет великолепно!
Николас энергично кивал.
— И подумайте о том, скольким людям вы сможете принести радость! Не жалкая горстка случайных проезжих — миллионы зрителей по всему миру. Я знаю, что для вас это важно, — подмигнул продюсер, — вы романтик, Николай Александрович, признайтесь…
— Признаюсь, — согласился ото с дробным неприятным смешком.
Лощеный поморщился, в его глазах мелькнуло легкое недоумение.
— Так, значит, радость людям? Миллионам? Всему человечеству? — Николас снова сухо рассмеялся. Вытащил из кармана усы, старательно приладил их на подрагивающую губу. С торжественной миной пожал продюсеру руку, прощаясь. Долго смотрел вслед уезжающей машине, а потом осел в бурьян, складываясь пополам и давясь от хохота.
— Пригодился! Пригодился! — вскрикивал он и колотил ладонью по пыльной земле.
Женщина-змея
