В космосе может произойти всякое. Особенно — в дальнем! А уж что творится на далеких планетах — знают только фантасты!Читайте в новом сборнике рассказы и повести ведущих отечественных мастеров жанра — Владимира Михайлова, Василия Головачева, Владимира Васильева, Александра Громова, Леонида Каганова, Алексея Калугина, Юлия Буркина, Владимира Ильина и других замечательных авторов.
Авторы: Головачев Василий Васильевич, Галина Мария Семеновна, Афанасьев Роман Сергеевич, Синицын Андрей Тимофеевич, Байкалов Дмитрий Николаевич, Васильев Владимир Германович, Юлий и Станислав Буркины
от сна сперва было продемонстрировано фото трех туманных пятнышек и оглашен вердикт Сократа: вот она, Местная группа.
— А далеко мы забрались, — зевнув, высказала мнение Анжи.
— Да как сказать, — пожал плечами Этьен-Жерар. — Кластер в Северной Короне — это ведь по масштабам Вселенной почти рядом. Канал мог вывести нас и подальше.
— Найдется другой — возможно, и выведет, — подал голос Петер.
— Да где он найдется? В Солнечной системе их вроде больше нет, а до звездных полетов нам еще расти и расти…
Тут я предложил немедленно выпить, но был поддержан одной лишь Мартой. Нам с ней все эти разговоры о дурной бесконечности Вселенной, о великой космической пустоте и скромном месте человечества в ней давно опротивели. Мы не философы-космисты и даже не ученые, а просто наемные работники. Выполняем программу, разработанную не нами. Делаем то, что скажут, и получаем за работу жалованье.
Остальные четверо, конечно, тоже. Но у них, в отличие от нас, первая смена на “Вспышке” и всего-навсего третий месяц. Задолго до конца года все эти “детские болезни” пройдут сами собой. Проверено.
Выпить-то мы выпили, торжественно чокнувшись и поощущав какое-то время величие момента. А потом вновь пошло-поехало…
— Что такое человечество? — наскакивал Этьен-Жерар на Хорхе. — Сказано давно и не нами: это инструмент, созданный Вселенной для познания себя. Так? Нет?
Хорхе изо всех сил мотал головой, но Этьен-Жерар не реагировал:
— Мы — инструменты! Так почему же Вселенная допустила нас в одну-единственную точку? Может, вход в Канал в Солнечной системе вообще чистая случайность? Не верю!
— Ну и не верь, — буркнул Петер.
— Если мы инструменты познания, то должны быть там, где интереснее, — подначила Анжи. — Если Канал один, то выходит, что интерес у Вселенной тоже один-единственный — к взрывам старых звезд?
— А почему бы и нет?
— Она еще молодая, — ухмыльнулся я, — поэтому интересы у нее односторонние. Вот подрастет — откроет нам новый Канал. Всего-то через пару миллиардов лет. Жди-пожди.
— Этих Каналов во Вселенной — как грязи!
— Да? Ты их видел?
Выпить по второй и последней нам все же удалось. Петер показал свой коронный номер “Акула глотает медузу” — выплеснул спиртное из своей посуды так, что оно собралось в воздухе в трясущуюся амебоподобную дрянь, небыстро дрейфующую вниз, и поймал ртом.
— Пойду, — произнес он после этого, взглянув на часы. — “Запал” уже сработал. Сейчас данные начнут поступать.
Вот и весь праздник.
Хорхе зевнул и заметил, что, пожалуй, отключится еще часиков на пять. Анжелика маялась, явно раздумывая, не последовать ли и ей сему полезному примеру. Этьен-Жерар открыл было рот, собираясь, как видно, продолжить пустопорожний спор.
Тут-то все и произошло. Без малейшего предупреждения.
Меня швырнуло спиной вперед и впечатало в переборку. Если бы не амортизирующая обивка — наверное, сломал бы спину. И сейчас же бросило обратно. Я не кошка, чтобы падать на лапы, да еще если швыряют без предупреждения. Страха я не испытал — попросту не успел испугаться. Вот удивление было — пусть легкое и неоформившееся. Как так? Почему?!
Этого не должно быть. Собственные двигатели “Вспышки” слабосильны и обычно используются лишь для ориентации станции. Если надо скорректировать орбиту, приходится пользоваться движком пристыкованного катера, но и тот не способен задать столь дикое ускорение. Взрыв? Столкновение с посторонним телом? В таком случае нас бы уже не было в живых — это во-первых. Во-вторых, за свою автоматику и за Сократа я головой ручаюсь. Возможно, мы не сумели бы спастись в случае непредвиденного катаклизма, но уж предупреждены-то были бы наверняка! Вероятность подлинно внезапной катастрофы исчезающе мала.
Повторяю: свое удивление я соотнес с логикой чуть позднее. Пока же мне было не до того. Вокруг меня летали предметы и люди. Откупоренная банка с вишневым сиропом ударилась рядом с моей головой и метко плеснула прямо мне в лицо свое содержимое.
Потом Хорхе угодил головой мне в живот, да с такой силой, что я до сих пор удивляюсь, отчего кишки не полезли у меня из ушей. Мимо нас с противным визгом — вот тебе и сексуальное контральто! — пронеслась Марта, вращаясь в полете, как дикарский бумеранг. Послышался глухой удар мягкого о твердое — кому-то из нас “посчастливилось” угодить в главный пульт…
На какое-то время я отключился, а когда пришел в себя, осознал, что, влекомый тяжестью, сползаю вниз по стенной панели. Тяжесть нарастала неуклонно и быстро. Шутки кончились, теперь за нас взялись всерьез… Кто взялся? Этого я не знал и боялся строить догадки. Казалось, кто-то невероятно огромный и проворный сначала грубо схватил станцию
