Закон Дальнего космоса

— Стрыжик снова развел пухлыми руками.
— Как же так? Вот он, разрез. На обычный нож не похоже — он раздвигает ткань. На лазерный меч тоже не похоже — был бы ожог…
— Не могу знать! — пожал плечами Стрыжик, стараясь не глядеть на трупы. — Я ж не медик. Удивляюсь, где вы у них и горло-то нашли… Я сперва пытался горло найти — оказалось, коленка…
— Далее, — продолжал Хома. — Мозг пострадавших напрочь выбит.
— Ну, вакуум… — опять затянул свое Стрыжик.
— Вакуум — не вакуум, — строго сказал Хома, — а в рапорте надо было указать!
Он свистом подозвал робота-мусорщика, стянул перчатки и швырнул ему в бак.
— Сам инкассаторский броневик исчез, — заметил Хома, не то констатируя, не то спрашивая.
— Исчез, — уныло кивнул капитан. — Если броневик вообще был… Они же могли так, на звездную рыбалку ехать…
— В форме ехать? — Хома уставился на капитана черными стеклами очков так, что тому стало не по себе. — А убили их, выходит, чтобы отобрать силовые удочки?
Капитан вздохнул и только развел руками.
— Свидетелей нет… — произнес Хома тем же тоном.
— Откуда ж они здесь, свидетели?
— Никаких предметов не найдено, — продолжал Хома.
— Не найдено… — вздохнул капитан. — Чего же здесь искать-то? Пустой космос…
— Ровняйсь, — тем же спокойным тоном скомандовал Богдамир.
— Как вы сказали? — недоуменно переспросил капитан.
— РОВНЯСЬ!!! — рявкнул Богдамир так, что капитан непроизвольно вытянулся и даже встал на цыпочки. — УПАЛ НА ПОЛ!!! ОТЖАЛСЯ ДВАДЦАТЬ РАЗ!!!
Пока капитан пыхтел на полу, Хома стоял к нему спиной, заложив руки за спину и сверлил взглядом стену грузового отсека.
— Преступная безответственность! — выговаривал Хома, не поворачивая головы. — За полдня не сделано ничего! Не установлен рейс инкассатора! Не выяснены личности погибших! Улики затоптаны зеваками! Трупы не осмотрены и не описаны толком… Куда встаем?! Я сказал: двадцать раз, а не восемнадцать!!! Почему пивом пахнет на милицейском крейсере?! А вот это что? Что это?
Вконец запыхавшийся капитан Стрыжик поднялся и на негнущихся ногах подошел к Богдамиру. Тот все так же стоял спиной, подняв руку. На руке уже была надета свежая белая перчатка, а в пальцах зажат зеленый лоскуток.
— Я спрашиваю: что у меня в руках? — отчеканил Богдамир.
— Н-н-н-не могу знать! То… Товарищ майор! — еле выговорил Стрыжик.
Майор Богдамир повернулся. Он был огромен. Казалось, его очки сейчас слетят и глаза сожгут капитана.
— Это, — веско произнес Богдамир, — половина стодолларовой банкноты. И она валялась в космосе. Мой напарник нашел ее и подобрал манипулятором, когда мы подлетали сюда. Откуда она? Это ты порвал банкноту? Или зеваки? — Он покачал банкнотой перед носом Стрыжика. — Не похоже. Банкнота свежая, только из пачки.
— Н-н-не я! — еле выговорил Стрыжик и потянулся за банкнотой, но Хома отвел руку. — Отставить! Там могут быть отпечатки! Так откуда в космосе половина новенькой стодолларовой купюры?
— Так это… — Стрыжик открыл рот и снова закрыл. — Наверно это… От инкассаторов! Да! Они везли наверно деньги!
— Наверно деньги! — передразнил Богдамир. — От инкассаторов. Правильно. Но ведь инкассаторы — нормальные люди, верно? И они пользуются безналичными кредитками, так? При каких обстоятельствах инкассаторы распечатывают опломбированный трюм и рвут банкноты?
— Н-н-не знаю…
— Вот и я не знаю, — веско ответил Богдамир. — Разве что они с кем-то сражались. Кто мог проникнуть в их корабль, распечатать трюм и драться за банкноты?
— Может, — капитан сглотнул, — может, это все-таки их собственная банкнота?
— Может, — сказал Богдамир, спрятал клочок и зашагал к выходу. — Все может быть, товарищ Стрыжик. Младший лейтенант Стрыжик, — сурово добавил он со значением и, не оборачиваясь, толкнул дверь шлюза.

Вернувшись в свой катер, Майор Богдамир шлепнул пальцы на панель и на ощупь набрал несколько запросов. А сам крепко задумался. Ограбление космических инкассаторов на трассе, да еще с угоном крейсера — дело небывалое. В конце концов, не двадцатый век на дворе, и даже не двадцать первый.
— Итак, что нам известно? — начал Богдамир рассуждать вслух. — Инкассаторы Южного Вселенского банка России перевозили наличность в Северо-Восточный Вселенский Российский банк. А именно: один миллиард долларов. Один миллиард, два трупа и клочок банкноты… Абсолютно неясно, с чего начать следствие!
Майор задумчиво чесал подбородок, откинувшись в пилотном кресле.
— Кеша, подъем! — строго позвал майор и сурово пихнул локтем соседнее кресло. — Ты опять будешь сегодня дрыхнуть весь день?
В соседнем кресле заворочался крупный генетически