В космосе может произойти всякое. Особенно — в дальнем! А уж что творится на далеких планетах — знают только фантасты!Читайте в новом сборнике рассказы и повести ведущих отечественных мастеров жанра — Владимира Михайлова, Василия Головачева, Владимира Васильева, Александра Громова, Леонида Каганова, Алексея Калугина, Юлия Буркина, Владимира Ильина и других замечательных авторов.
Авторы: Головачев Василий Васильевич, Галина Мария Семеновна, Афанасьев Роман Сергеевич, Синицын Андрей Тимофеевич, Байкалов Дмитрий Николаевич, Васильев Владимир Германович, Юлий и Станислав Буркины
твою Францию с ее историей! — Андрей был неподражаем. — Вы пургу несли несусветную, а я терпел! Пукнуть боялся захотеть, слушая ваши заумные речи!
— А теперь не бойся! — обрадовался непонятно чему капитан. — Самогон твой все равно ничто не перешибет! Я-то, олух, думал, вы такие все рафинированные, университеты кончали, а я всего-то лётное и Крымскую войну. Да потом пять лет на это корыто учился.
— Так. — Навигатор не захотел отклоняться от основной темы. — Вы о чем, мужики? Вы забыли, что вокруг тут творится?
— А! — махнул рукой капитан. — Как началось, так и кончится. Тебя что, твое войско достает? Отдай ему команду — пусть Бастилию возьмет. Нет, лучше пусть строит апроши. Нет! Неправильно! Пусть оно нашим против турок помогает. Кстати, ты почему этих уродов делал, а не наших? Матроса Кошку, например, или майора Зорича?
— А я думал, что рассказами о наполеоновской Франции хоть как-то смогу подняться до твоего уровня. Ну, не то чтобы подняться… Хотел показать — я тоже не абы что! Хоть и не понимаю в гитарных строях… — Казалось, навигатор хочет выговориться. — Мы перлись за полсветовых дня от Земли, чтобы прорваться в другой мир. Мы пытаемся понять, что собой представляет Вселенная, а сами не можем даже разобраться, как себя вести друг с другом! Боимся, боимся и боимся. Быть собой боимся!
— Так, ты опять начинаешь думать вселенскими категориями, — остановил его капитан. — Неужели ты считаешь, наше поведение в полете имеет хоть какое-то значение для того, что мы называем Космосом. Надо разделять понятия. Выпьем.
Потом еще выпили — за успех миссии, потом — за дам, потом инженер с разрешения навигатора учил кирасиров прыгать через карандаш, а навигатор, в свою очередь, заставил Мухомора нарисовать колоду атласных карт и тут же продул ему в дурака. Но кураж как-то постепенно проходил. Привычка следовать четко отлаженному расписанию делала свое дело.
— Так, — прервал уже угасавшее веселье капитан. — Пока мы тут, оно там!
— О, наконец впервые за все время ты, Стас, по-человечески команду отдал.
Несмотря на совершенно иррациональные события, экипаж ни на секунду не забыл о том, что до одного из главных событий полета — расстыковки с реактором — осталось совсем немного. О часовой готовности сообщил звуковой сигнал главного бортового компьютера, моментально вышибив хмель.
— Так, цацки свои по каютам. — Капитан теперь был конкретен и строг. — И немедленно по местам.
Процедура была проста. Разгерметизировать грузовой отсек, открыть створки внешнего люка и вывести реактор за пределы корабля. Дальше — увлекаемый парусом “Ермак” пойдет по пологой дуге, а реактор продолжит свое движение по прямой к точке инициации.
— Всем держать связь, никаким проходящим сквозь стену, летающим и несущим чушь личностям не верить. Работать строго по инструкции, — капитан отдавал приказы по внутренней связи. Сам он расположился в кресле у главного пульта.
— Есть держать связь. — Навигатор был рядом, но общался только через коммуникатор.
— На месте, — сообщил инженер.
Задача инженера была самой сложной. Облачившись в скафандр, он должен управлять выгрузкой реактора прямо из трюма.
— Скафандр проверен и загерметизирован. Нахожусь в грузовом.
— И как там? Забрало не потеет? — спросил навигатор.
— А почему оно должно потеть? — удивился инженер.
— Не засорять канал! — резко сказал капитан. Потом добавил: — И почему?
— У пьяного водителя всегда окна в машине потеют.
— Шутник, — заметил капитан. — Инженер, пятиминутная готовность.
— Есть пятиминутная готовность.
Через пять минут началась разгерметизация. Воздух из грузового отсека зашипел и испарился в открытом космосе туманным облачком. Индикатор скафандра показал нулевое давление в отсеке.
— Есть разгерметизация, — сообщил инженер.
— Пошла команда на люк, — не очень понятно информировал капитан.
— Створки отбыты. К расстыковке готов.
Над инженером распростерлась угольная чернота космоса с неживым светом рассыпанных звезд.
— Навигатор, доложить готовность.
Несмотря на то, что на экран были выведены все необходимые данные о полете, процедура требовала многократной проверки.
— Траекторию подтверждаю. Ускорение в норме, — спокойно ответил навигатор.
— Отдать груз.
Инженер набрал комбинацию цифр на клавиатуре контроллера. Зажимы, крепко державшие станину реактора, плавно отошли в стороны.
— Груз раскреплен. Подтвердите разрешение на вывод из трюма. — Инженер приготовился включить систему, выводящую груз за пределы корабля.
— Подтверждаю, давай! — Капитан, видимо, уже устал от штатных команд.
— Сейчас мы его,
