Закон фронтира

— Да. Не разговаривать.
Гош от удивления чуть глаза не протер. Грязноватый бассейн, он же фундамент несостоявшегося Дворца Советов, Гош помнил отлично — сам в нем учился плавать. Однако реконструкция храма как-то из его памяти выпала. Наверное, внутренне Гош не был согласен с идеей — восстанавливать несуразную церквищу точь-в-точь по бесталанному оригинальному проекту. Никакого сомнения — это был знаменитый Храм Христа Спасителя, который разграбили и взорвали большевики. Фамилию архитектора Гош забыл, но точно помнил, что этот деятель был автором проекта типовой армейской церкви. А царствовавший тогда император (какой?) оказался, как нарочно, совсем не эстет, а солдафон.
Остаток пути Гош размышлял о превратностях работы памяти. Не уставая при этом считать мелькающие за окном патрули. Храм вблизи оказался не так уродлив, но все-таки на психику давил. Машина, как Гош и предполагал, шла в Кремль. Разумеется — когда вокруг натуральный Дикий Запад, начальству умнее поселиться в форту.
«Только от минометного обстрела форт не защитит, — подумал Гош. — Интересно, как там мои Регуляторы? Где вы сейчас, ребята? Будем надеяться, что все прошло гладко».

Оказавшись внутри огромного здания, где заседал и, наверное, проживал Комитет, Гош первым делом принюхался. Без малого взвод охраны, валяющийся на диванах по углам необъятного вестибюля, хором вытаращился на странного гостя.
Ничем особенным здесь не пахло. Наверняка кто-то таскает с заднего хода воду, чтобы сливная канализация продолжала оставаться таковой. Этому Гош не удивился. Его поразило другое — полное отсутствие каких-либо примитивных светильников. Электрические лампочки здесь были. А вот импровизированных кострищ, гнезд для факелов, подсвечников наконец — ни следа.
В коридорах оказалось чисто, окна сияли. Гош с каждым шагом мрачнел. Впервые за свои долгие странствия он увидел реальные признаки силы. Организующей и управляющей силы, уверенной в себе и наверняка жестокой. Силы, которую перешибет только огромная сила.
— Ждите, — приказали ему. Один из охранников скрылся за массивной дверью. Гош уныло разглядывал приемную. Взгляд его задержался на столе референта, с которого так и не удосужились сковырнуть ненужный теперь компьютер. Стол был явно рабочий, уставленный оргпринадлежностями, с аккуратно сложенными бумагами в лотках. Вместо телефона — рация. Гош лениво проследил, куда уходит шнур питания, и нервно сглотнул. Шнур был воткнут в розетку! Двести двадцать вольт…
«Вот и дождались. Электричество смотрит мне в лицо… Что же, капитан Дымов, пожалуй, ты столкнулся с таким чудовищем, которое не стоит дергать за усы. Попробуй-ка, брат, лучше с ним подружиться. А то ведь сглотнет оно твоих Регуляторов и не поморщится. Это тебе не штат Нью-Мехико… Как возьмут за глотку — чем будешь в ответ угрожать? Распроклятой атомной бомбой? Ладно, будем надеяться, что местные боссы ничего не понимают в минометах. Технику на заставе они скомбинировали довольно грамотно. Но стреляют из нее только прямой наводкой. Ох, до чего же мне не нравится это слово — Оборона!».
Из кабинета вышла какая-то женщина в строгом деловом костюме, с толстой красной папкой в руках. Очень красивая. И очень рассерженная. Властно отодвинула плечом охранников и затерявшегося среди них Гоша заодно, уселась за стол, раздраженно швырнула перед собой папку и взялась за рацию. Гош остолбенел. Он знал эту женщину. Или другую, очень похожую на нее. Типаж совпадал удивительно. Высокая, чуть крупнее знаменитых модельных размеров, холеные платиновые волосы до плеч. И лицо… Редкое сочетание красоты и благородства. Гош остолбенел, мучительно напрягая память.
— А вы чего стоите?! — рыкнула красавица на охранников, набирая на панели рации какой-то длинный код. — Привезли? Ведите.
Тут она посмотрела на Гоша и переменилась в лице. Наверное, в прошлой жизни она его тоже знала. Или кого-то, очень похожего на него. Видимо, опять типаж совпал.
Гош едва успел красотке подмигнуть. Его взяли за шкирку и уволокли за дверь.

В кабинете оказалась, как и положено, Т-образная комбинация из стола для совещаний, упертого в стол руководителя. Стулья, кресла, шкафы, все дорогое, и не в помпезном кремлевском стиле «памяти расстрелянных Юровским», а функциональный и красивый модерн. Никаких тебе гнутых ножек и позолоты. Видимо, новый хозяин переменил обстановку. Или это был не президентский кабинет.
Еще здесь горели лампочки. Вентилятор компьютера не гудел, но это могло просто означать, что машина очень хорошая.
— Оставьте нас, — приказал охране мужчина за столом — невзрачный, с мятым лицом, затянутый в городской камуфляж. —