Закон фронтира

и зевнул. — Ну что, поехали ко мне?
— Я — нет, — сказала Зойка.
— Зоенька, ну что ты злишься? Плохо отыграли? Ничего, в следующий раз…
— Плохо отыграли, — кивнул Гош. — Я кольцо дома забыл. Снял, наверное, прежде, чем бриться. А потом в спешке забыл. То-то чувствую — я будто голый. Идиот!
— Мы плохо отыграли, потому что ты забыл кольцо? — ехидно поинтересовался Любимов.
— Я плохо себя чувствовал, потому что забыл кольцо, — Гош двинул плечом, чтобы падающему на него Рогалику было удобнее спать.
— Гошка, ты видел когда-нибудь влюбленного пингвина? — спросил Любимов.
— К чему бы это вдруг?
— Тогда посмотри в зеркало.
— Тьфу! Почему именно пингвина?
— Выражение такое. Ладно, не сердись. Это нормально. Со всеми бывает. Со мной тоже было, первые года два.
— Дурак ты, Любимов, и ничего не понимаешь! — сообщила Ирина.
— Как скажете. Ребята, поехали, а? Пока и я не заснул.
— Точно в этой бутылке какая-то отрава была. Смотрите! Леха! Хватит спать! Очнись! Любимов, гад, угробил двух игроков!
— Иришка, я же не нарочно!
— А еще капитан!
— Да моя шестерка никогда трезвой не играла! Ты сама капитан, не знаешь, что ли? Кто играет трезвый?
— Дымов!
— Он с вечера пьет!
— Зойка!
— Я вообще не пью, — гордо сказала Зойка и прикрыла рот ладонью, зевая. — Сегодня точно.
— Поехали с нами, Зоечка, — попросил Гош. — С тобой хорошо. Уютно. Ты такая дружественная, теплая и приятная на ощупь…
Зойка фыркнула и зевнула снова.
— Хватит зевать! — рявкнул Любимов. — А то никуда уже не уедем. Эй, растолкайте Леху кто-нибудь!
— Леха, очнись!
Лешечка что-то пробормотал, сладко чмокнул, прилег на трибуну и свернулся калачиком. Рогалик уже лежал. Ирина принялась яростно тормошить обоих. Никакого эффекта.
— Поиграли… — заключил Гош. Его тоже вдруг разморило. Он чувствовал себя усталым и невыспавшимся. — Проклятое солнце… Андрюха, что делать?
Любимов не ответил. У него слипались глаза, и он яростно тер их ладонями.
— Так, — сказала Зойка. — Вы как хотите, а я пошла. До свидания.
— Да погоди ты! — крикнула Ирина, но Зойка уже шла, спотыкаясь, к Дворцу. Похоже, она тоже решила лечь, только в более комфортных условиях.
— Ребята, — сказал Любимов. — А ведь это все неспроста. Гош, ты же не пил с ними. Посмотри, как она идет… Э! Оглянись-ка. По-моему, не мы одни падаем.
— Не спать! — рявкнул Гош командным голосом, и ему сразу полегчало. — Тьфу, что за наваждение! А ну, подъем!
— Еще минуточку… — сонным голосом попросил Рогалик.
— Ага! — торжествующе крикнула Ирина. — Давай, вставай!
Лешечка уже сидел.
— Черт возьми! — сказал он. — Нужно выпить. Немедленно. Чего-нибудь со льдом. А где Зоя?
— Ушла во Дворец. Наверное, искать сказочного принца. Кто еще живет во дворцах? Андрюха, что ты имел в виду? Кого еще зацепило?
— Да нет, показалось, наверное. Это меня шатнуло вдруг, я и подумал — а что это все качаются? Очень странная история, тебе не кажется?
— Какой-нибудь информационный фантом мимо пролетал. Сонный. Наверное, в соседнем доме экстрасенс зевнул.
— Н-да. Хочется надеяться.
— Предлагаю другую версию. Из секретной лаборатории утекло секретное отравляющее вещество. А лаборатория здесь, под землей.
— Интересно, чем эта отрава выводится из организма. Как стронций? Рогалик! Доброе утро, радость моя!
— Виноват, — мотнул головой Рогалик. — Исправлюсь. Что это было?
— Это даун, сэр! Мы к Любимову едем?
— Безусловно.
Из Дворца вышла Зоя. Уже не шатаясь.
— Ну, что? — спросила она, подходя к трибуне. — Едем?
— Ура!!! — хором заорали мужчины.
У Любимова на квартире, под звон посуды и шипение чайника на кухне, Гош снял трубку и набрал свой номер.
— Здравствуй, родная! — сказал он. — Как ты?… Да ничего. Средне. Да, у Андрея. Ну, ты же знаешь. Нет, я думаю, сегодня не очень долго. Хорошо, ты отдыхай. А я приду, и буду тебя очень-очень любить. Угу. Представляешь, а я кольцо забыл! Чувствую себя отвратительно. Будто голову снял. Вроде бы разумная идея — надоело из-под него мыло выковыривать, — а как ошибся на самом деле! Знаешь… — он машинально понизил голос до шепота. — Вот в такие моменты я еще острее, чем обычно, понимаю, насколько же тебя люблю.
— Гош! — крикнул ему из комнаты Лешечка. — Оленьке привет!
— И от меня! — поддержал Любимов.
— От всех! — резюмировала Ирина.
— Тебе здесь все кланяются. Что там наше животное, как оно себя чувствует? Под столом? Н-да. Слушай, Оль, вы без меня гулять не ходите, я вернусь, пойдем