Закон фронтира

выполз «референт». Лицо у него распухало буквально на глазах. Увидев Женю, он помотал головой и поспешно дал задний ход.
— Пойдем, — сказал Олег. — …Рыжая. Пойдем обедать. Меня-то бить не станешь?
— Тебя не за что пока, — уклончиво ответила Женя.
— Тогда прошу за мной, — Олег вышел в коридор. Женя у него за спиной поежилась. Этот парень становился все человечнее с каждым словом, с каждым жестом. И Женя подумала, что никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу. «Вот только кто из нас Штирлиц, а?».

Когда со стороны города на проселок выехал какой-то незнакомый джип, Гош схватился за бинокль. В резво пылящей ему навстречу машине сидели четверо, и Жени среди них не было. Конечно, она могла валяться в багажнике, но Гош решил не паниковать и для начала рассмотреть непрошенных гостей вблизи. Он потянул веревку и затащил смертоносную для автомобилей утыканную гвоздями доску в кусты. Убежал в глубь леса, спрятался в густом ивняке у самой дороги, передернул на всякий случай затвор автомата и стал ждать. Гул мотора приближался.
Как по заказу, машина остановилась прямо напротив места, где притаился Гош. Раздался звук отрываемой двери.
— Быстрее давай, — сказал кто-то.
— Сейчас, — отозвался другой. — Не буду же я посреди дороги…
Гош начал медленно отходить назад и в сторону. Перспектива обнаружить себя и, может быть, принять бой, ему не улыбалась.
— Жрать надо меньше.
— На себя посмотри!
С этими словами тот, кому приспичило, вломился в кусты. Гош сжался в комок, но было поздно. Они столкнулись нос к носу.
— О-па! — воскликнул «тупой». — Да я ж тебя знаю!
Гош тоже мгновенно опознал этого парня. Один из тех уродов, которые весной гнали его из города. На этот раз безоружный. Правой рукой он придерживал расстегнутые штаны, в левой комкал пожелтевшую газету.
— Ты чего там? — спросили из машины.
Гош прижал к губам палец и стволом автомата пихнул «тупого» в грудь.
— Тут один умник спрятался! — радостно провозгласил «тупой», не поняв намека.
— Да ну?! Где?!
Из машины, бряцая оружием, посыпались люди.
Гош заорал что-то нечленораздельное и пинком вышиб «тупого» на дорогу. Тот, пытаясь сохранить равновесие, отпустил штаны, немедленно упавшие к коленям, взмахнул руками и грохнулся в колею.
Шансов убежать не было, тем более, что совсем неподалеку стоял прикрытый ветками «Паджеро», терять который очень не хотелось. Гош прыгнул вперед и оказался в крайне невыгодной позиции. Хуже некуда. Противник был всюду. Один вплотную слева, один под ногами, и двое по ту сторону красной «Тойоты».
— Руки!!! — заорал Гош, стволом автомата выбивая зубы тому, что слева. В ответ раздалась короткая очередь — прямо сквозь машину, через открытые настежь окна. Гош плечом сшиб наземь деморализованного врага, зажимающего руками лицо, повалился на него, и засадил весь рожок под «Тойоту», молясь, чтобы рикошетом от подвески не задело бензобак.
За машиной кричали, падали и стреляли во все стороны. Из «Тойоты» полетели клочья, в лесу что-то ломалось, сыпалось и громыхало.
«Тупой», оказавшийся без штанов, вскочил на четвереньки и так ускакал за деревья, оставив на дороге большую кляксу желто-коричневого цвета.
Гош отбросил автомат, выхватил ТТ, звезданул рукояткой беззубому по голове и в один прыжок оказался за машиной.
— Убью! — рявкнул он, направляя ствол ближайшему «тупому» промеж глаз.
— Но-о-ги! — простонал тот. Оружие он выронил и теперь обеими руками держался за окровавленные лодыжки. — Ты мне но-о-ги… А-а!!!
Второй боец, тоже весь в крови от колен и ниже, трясущимися руками пытался отстегнуть магазин «Калашникова». Ему очень мешало то, что к пустому магазину зачем-то был вверх ногами примотан изолентой еще один. Гош шагнул к «тупому» вплотную и просто отобрал у него оружие. Поднял второй автомат. Вернулся к лежащему в обмороке беззубому, и его тоже избавил от лишней тяжести. Забросил автоматы в кусты.
Первый раненый так орал, что пришлось и ему врезать по голове. Второй, судя по всему, был в шоке и боли не чувствовал, только ел победителя злыми глазами. Гош заглянул в осевшую наземь машину, увидел рацию и тут же оторвал у нее микрофон.
— Эй, ты, скотина! — крикнул он в чащу. — Выходи, подлый трус!
Тишина. Гош для острастки пальнул в лес.
— Выходи, гад, а то дружков твоих перестреляю!
— Да иду я! — раздалось из-за деревьев. — Сейчас!
— Бегом!
— Да погоди ты, дай почиститься!
Гош прислонился к машине спиной. У него вдруг отчаянно заболела голова.
— Куда вы ехали? — спросил он у дееспособного