Закон постоянного невезения [Невезуха]

кто гасил искры в глазах и сохранял голову в стабильном положении. Один только Пустынко её как бы не замечал и не отличал от официанта или пальмы в декоративной кадке.
— Что это он такой сдержанный? — удивлённо воскликнула я. — У него перед носом такая девица вертится, а он — хоть бы что. Демонстративно хочет доказать окружающим, что не обращает в кабаках внимания на чужих женщин?
— Все дело в том, что она ему — не чужая.
— И кто же это?
— Кая Пешт.
Я аж дар речи потеряла и уставилась на неё с ещё большим интересом.
— Да уж. Я слышала, что она красивая, но дело не в этом. Она сексуальна, как дьявол, или мне это только кажется?
— Тебе не кажется.
Моему изумлению не было предела.
— И она всегда себя так ведёт? Все мужики шеи себе свернули, хотя она ничего предосудительного не делает. Но, постой-ка… Она так же вела себя и в компании Доминика?
Лукаш потянул меня обратно в бар.
— Я не знаю, как она себя вела в компании твоего Доминика, потому что никогда их вместе не видел.
И снова не это главное. Ты не считаешь, что Пустынко перебарщивает?
— Если они и в самом деле знакомы друг с другом, то перебарщивает настолько, что это даже подозрительно. Как будто никогда в жизни он её и в глаза не видал, не интересуется ею и знать её не хочет.
А она старательно его избегает. И что же это должно значить?
— По-моему, они случайно встретились здесь, и им дико неудобно — ни он не может перейти в другое место, ни она. А то, что они прекрасно знакомы друг с другом, я и сам отлично знаю, я же их возил, кроме того, о ней нередко упоминалось, когда Пустынко ехал с кем-то ещё. Сейчас он не хочет её признавать и явно надеется, что о их знакомстве никому ничего не известно. Да и она к нему тоже не рвётся.
— Ну, тогда он полный идиот, так как никто же не поверит, что он безо всякой причины даже не смотрит на такую красотку.
— Вот именно. Интересно…
Больше Кая Пешт в баре не появлялась. Я припомнила, из какого болота вытащил её Доминик.
Намеревался воспитать из неё добродетельную девицу. Черта лысого, он же не был слепым, и мужские инстинкты у него были в порядке, и если он не оставил её для себя, не монополизировал.., что-то за этим крылось.
— Вообще-то она явно ещё та штучка, — задумчиво проговорила я.
— Похоже, — холодно подтвердил Лукаш. — Я достаточно наслушался о ней. Подлая, безжалостная, жадная, лживая пиявка. Я бы не доверил ей даже самого малого. Уничтожить мужика, довести его до самоубийства — это для неё все равно, что раз плюнуть. Говорят, что только один нашёлся, с которым она не смогла до конца справиться и боялась его.
Уж не твой ли Доминик случаем?..
Я покачала головой, погруженная в свои размышления.
— По характеру она действительно подходит, но теперь я вижу, что Доминик ни за что в жизни не дал бы ей в руки оружие, не такой уж он был дурак.
Нет, все-таки я подхожу лучше всего…
Я настолько задумалась о Кае Пешт, что на мгновенье перестала видеть окружающий мир. А когда очнулась, заметила, что Лукаш с огромным интересом уставился вглубь бара.
— Просто большой сбор, чтоб мне сдохнуть, — тихо сказал он. — Пока не оборачивайся.
Я с трудом сдержалась, чтобы тут же не оглянуться.
— А что?
— У бара стоит бык этой мафии и хлопает глазками. Я его прекрасно знаю. Длинная рука подпольного правопорядка.
— Красивое название, — с иронией заметила я. — Один из тех двоих, которые были там, во Владиславове?
— Нет, третий. Ещё лучше.
— Исполняет приговоры?
— По найму. Стреляет, не думая о последствиях.
Никак не могут беднягу засадить: у прокуратуры все время не хватает доказательств.
Я заволновалась. Хотя мы и сидели в углу, скрытые растениями в кадках, но зато в случае чего отсюда трудней было бы убежать.
— Надеюсь, он не за нами охотится?
— Это было бы полным идиотизмом… Я ведь не единственный свидетель?
— А что — кого-то ещё тоже взрывали?
Мы посмотрели друг на друга. Черт побери, если майор Бежан до сих пор не разобрался с фактами и не собрал неопровержимых доказательств, то эти вассалы Доминика располагали полной свободой действий. И они на самом деле могли полагать, что ликвидация постоянного шофёра, который не дал себя убить где-то там в чистом поле, может оказаться полезной. Я уже поняла, что Лукаш, будучи лично не знаком с Домиником, знал о его обширных контактах гораздо больше меня. Но ведь он уже дал показания?..
— Лишь бы не было поздно… — скептически начала я и замолчала.
Звон и грохот у бара позволили мне наконец-то повернуть голову и уже открыто посмотреть в ту сторону. Перед моим взором предстало жуткое зрелище: крупная рыжая девица лежала