в зеркало и вынула шпильки. Со скоростью, рожденной привычкой, она заплела длинную светлую косу. Не очень оригинальная прическа, подумала она, но хоть какая-то.
Вернувшись, она услышала шорох и стуки в кухне. Когда Джессика вошла, то увидела Бруно с двумя бокалами в руках.
— Я нашел у вас в холодильнике вино.
— Пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
— Вы выпьете?
Бутылка стояла на кухонном столе. С покорным вздохом Джессика кивнула, и он налил им обоим вина.
— По правде говоря, я бы не хотела задерживать вас и нарушать ваши планы… — начала она, скрестив на груди руки.
— У вас волосы гораздо длиннее, чем я думал. Он заметил ее волосы? Что еще он заметил?
— У меня мало продуктов. Я не предполагала принимать гостей.
— Вы случайно не пытаетесь избавиться от меня? -Он устроился на одном из стульев у стола и смотрел на нее. В голубых глазах веселый вызов. Джессика стала пунцовой.
Он умеет читать мысли? Или у нее все отражается на лице?
И что Он подумает, если она признается, что испытывает неловкость, находясь у себя дома наедине с ним? Джессика знала, что он подумает. Что у нее сдали нервы. Что ее чувство к нему больше, чем просто вежливое безразличие служащей к своему работодателю. А она так старательно и болезненно культивировала такие отношения все прошедшие недели. Он подумает, что ее влечет к нему.
— Конечно, я не пытаюсь избавиться от вас, — начала она необычно высоким голосом. — Просто я не могу поверить, что в пятницу вечером у вас нет более интересного занятия, чем сидеть здесь за скромным ужином с одной из своих служащих. — Вроде бы уместно напомнить ему, что он ее босс.
— Вместо того чтобы сидеть с Рэчел, — пробормотал он, и в голосе его слышался смех.
Значит, у него сейчас нет другой женщины? Это многое объясняет. Часть его неиспользованного очарования досталась ей. Он, наверно, не может удержаться, чтобы не очаровывать. В нормальных обстоятельствах он бы и не взглянул на нее второй раз. Но они несколько недель работали вместе, а сейчас он к тому же остался без развлечения, без любовницы.
— Бедняжка, — с излишком сочувствия заговорила она, — ваш мозг, должно быть, скучает без интеллектуальной стимуляции. — Она помолчала и нехотя добавила:
— Прошу прощения за неуместное замечание. Вероятно, Рэчел вполне приятная девушка. — В компании мужчин, мысленно дополнила Джессика.
— О, думаю, в данный момент на этом фронте у меня все в порядке. — Он шутливо отсалютовал ей бокалом. Она отвернулась и стала шарить по полкам в поисках чего-нибудь подходящего на ужин.
Никаких диетических ограничений у Джессики не было. Она жила одна и ела, когда хотела. А готовила для себя очень редко. Полуфабрикаты, свежий хлеб и сыр — вот и все меню. Иногда, когда она особенно уставала или особенно ленилась, Джессика ограничивалась тарелкой каких-нибудь хлопьев.
На полках нашлась банка тунца и банка сладкой кукурузы. В холодильнике лежали три помидора и пакетик грибов, которые она собиралась использовать два дня назад. И еще полтюбика сливок. Она тайком понюхала их на всякий случай.
На каждый Новый год Джессика принимала решение ежедневно чистить холодильник. Но это один из тех пунктов, которые так и не удалось внедрить в практику.
— Хотите, помогу? — спросил он, стоя за ее спиной. Джессика покачала головой.
— Нет, но должна предупредить вас, что готовка никогда не входила в число моих достоинств. Так что не ждите ничего исключительного. — Она оглянулась и увидела веселую улыбку. Ту самую улыбку, которая предполагала, что ее неловкость служит ему бесконечным источником удовольствия.
— Не извиняйтесь. Отсутствие кулинарного мастерства — та женская черта, которая вызывает одобрение.
— Странно. А я полагала, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
Хорошо вести такой разговор, пока она стоит к нему спиной. Пока она занята поджариванием грибов, тунца и других ингредиентов, которые вроде бы превратились в цветную смесь. Господи, только бы еще знать, будет ли это вкусно. Когда ей приходилось для кого-нибудь готовить, она всегда держала под рукой книгу кулинарных рецептов. Джессика старалась избегать в этом деле творческих новаций.
— Нет, это не для меня.
Джессика рискнула обернуться и посмотреть, не шутит ли он. Но лицо было серьезным.
— Предполагалось, что я попрошу объяснений?
— По-моему, это достаточно очевидно.
— Другими словами, путь к вашему сердцу прочно закрыт вывеской «Проезд закрыт».
По правде, ей и не требовалось никаких объяснений. Одного взгляда на него достаточно, чтобы сказать: этот мужчина предпочитает свободу. Ему доставляет удовольствие делать все что вздумается.
