предназначенный для того, чтобы увеличивать аллейку между грудями, и снизу — цветастая юбка-саронг. Она флиртовала, играя, словно котенок, что вызывало у всех смех. Даже Карла, недавно помолвленная и редко говорившая о ком-нибудь или о чем-нибудь, кроме своего жениха и предстоящей свадьбы, смеялась над чем-то, сказанным Бруно, хотя и выглядела смущенной.
Джессика, надев поверх бикини поношенные шорты и еще более выгоревшую футболку, набрала полную тарелку еды и устроилась сбоку от Бруно. Она вежливо слушала его забавные истории о путешествиях за границу, а в душе все еще переживала то, что он сказал раньше.
— Влюбленные глаза… — произнес он в этот момент. Его двор, казалось, ловил каждое слово своего повелителя. — Уверяю вас, это одно из наиболее важных и приятных ощущений, вкус к которым мы приобретаем в жизни.
Бруно покосился в ее сторону и моментально оценил ее туалет, оставлявший простор для воображения. Джессика притворилась заинтересованной его рассказом.
— А у вас, Джессика, остались неприятные воспоминания от путешествий за границу?
Конечно, он собирается вовлечь ее в разговор. Себе на потеху. Зная, что она меньше всего этого хотела бы.
— Да… Однажды.., в Индийском океане. Когда я чуть не осталась без ноги. Меня хотела сожрать стая барракуд, — начала Джессика. — К счастью, в последнюю секунду меня спас пролетавший мимо вертолет, подняв на борт. Удачное спасение, если бы несколько минут спустя мы не попали в жуткий шторм и едва не потерпели крушение. Пилот не справился с управлением и упал в обморок. Мне пришлось сесть за штурвал…
— Не может быть! — закричала потрясенная Ронни. Джессика улыбнулась.
— Ты права, Ронни. Нет, конечно. Боюсь, что мои путешествия за границу не богаты приключениями.
Поговорив о путешествиях, компания закончила ленч и разбрелась по дому, чтобы прийти в себя после утреннего солнца.
Джессика перебралась на скамейку под деревом, чтобы закончить трапезу. Она чуть слышно вздохнула, выразив свое неудовольствие, когда Бруно подошел и уселся рядом с ней.
— Запустим мельницу слухов, — весело предложил он. — В этом доме занавеси-сетки, уверен, что некоторые из них сейчас будут отодвинуты.
— Ха-ха. Я рада, что вы находите эту мысль забавной. — Она разрезала помидор и отправила кусок в рот.
— Вы хорошо поплавали?
— Очень хорошо. Спасибо. — Джессика покосилась на него.
— Должен признаться, что на меня произвела впечатление ваша волнующая история о том, как вы избежали смерти от барракуд в Индийском океане. А потом оказалось, что вы все придумали.
— О чем вы догадались с первых же слов, — добавила она, ставя пустую тарелку рядом на скамейку. Интересно, у нее разыгралось воображение или он в самом деле флиртует с ней? При его врожденном очаровании понять трудно. Он обладал способностью создавать иллюзию, будто его собеседница совершенно уникальное создание только потому, что он заговорил с ней. И другая его особенность — производить впечатление, будто все его внимание сосредоточено на том, что собеседница собирается сказать.
Конечно, только абсолютная дура может поверить ему.
— Правильно, — лениво подтвердил он, положил руку на спинку скамейки и подставил лицо солнцу.. Его лучи пробивались сквозь листья.
— Потому что, — холодно продолжала Джессика, много работающая девушка вроде меня, делающая карьеру, не имеет времени на путешествия. И вряд ли в отпуске она переживает волнующие приключения.
Едва слова вылетели изо рта, как Джессика усомнилась, она ли их произнесла. Какой бес овладел ею? Она говорила как подросток, самолюбие которого задели. Это не мысли взрослого человека, который сам контролирует свою жизнь.
Только… Это он заставил ее так чувствовать. Будто она где-то по дороге отстала от корабля. Вокруг идет волнующая жизнь, для других полная событий, а она сидит запертая в четырех стенах, слишком напуганная, чтобы выйти на волю. Непонятно, откуда взялось такое чувство. Никогда раньше она такого не испытывала. Пока не появился он. Он был так чертовски харизматичен. Во время ленча Джессика видела: все лица устремлены на него и горят энтузиазмом.
— Это замечание, — Бруно даже не взглянул на нее, не имеет абсолютно никакого отношения к тому, что я сказал. Оно отражает ваше отношение к своему «я».
— Вы знаете, что это совершенная ерунда. — Не стоило рисковать и продолжать личную конфронтацию. Проигравшей, несомненно, будет она. Лучше побыстрее поменять тему разговора. Она спросила у него об острове и доме. И ей даже удалось придать голосу немного бодрости. — Кто смотрит за этим хозяйством, когда вас нет?
Вокруг дома было много земли, и она выглядела хорошо
