застонала. Потом повернулась на бок. Как ужасен костюм, в котором она была на работе. Как отвратительны неухоженные волосы, стянутые в тугой узел. Она освободила их, расчесала пальцами и перекинула на плечо.
Наверно, она задремала, погрузившись в спокойное море сна, когда раздался звонок. Он проникал в ее запылившиеся мозги, будто внезапное жужжание осы. Джессика поморгала, чтобы всплыть на поверхность. Отделаться от пронзительного, настойчивого звонка, казалось, невозможно.
Без туфель, с распущенными волосами она ринулась к парадной двери, поспешно открыла… Рот искривился от боли.
— Я звоню уже полчаса, — холодно сообщил Бруно. — Я позвонил твоему секретарю, там мне сказали, что ты уже давно ушла. На встречу со мной. В моем офисе. Как и было сказано. — Он скрестил на груди руки и оперся о косяк.
— Зачем ты пришел? — Она умела подбирать правильные слова, но не могла управлять голосом. В собственном голосе Джессика услышала дрожь и смесь паники с отвращением.
В этом мужчине было все. Даже больше, чем она помнила. Он казался выше, стройнее, еще более загоревшим и бесконечно возбуждающим. У нее тут же началось что-то вроде удушья. Она буквально задохнулась, увидев его на пороге своего дома. Разве она способна попрощаться с ним? Разве она способна сообщить ему, что не принимает предложения стать его очередной любовницей? Разве у нее хватит сил дать ему понять, что у них была замечательная, но кратковременная связь? Как она могла думать, что, вернувшись в Англию, сумеет вести нормальную жизнь, а его отправит в копилку воспоминаний?
— Чтобы увидеть тебя, — ледяным тоном проговорил он. — Я приехал сюда, потому что ты явно не собиралась брать такси и отправляться в Сити. — Он полез в карман брюк и достал лист бумаги. — Будь любезна, объясни мне, что это значит?
Ее заявление об отставке. Она узнала бумагу и мельком взглянула на подпись в конце напечатанной страницы. В отсутствии прямого начальства она решила послать заявление в отдел учета персонала. Ей и в голову не приходило, что бумага попадет к Бруно Карру. А надо было это учесть. Разве он не подчеркивал, что знает все, что происходит во всех его компаниях? Ясно, его слова — не беспочвенное хвастовство.
— Входи. — Она отступила и дала ему войти. Так странно видеть его чужим. И как больно вспоминать, что им было так легко вместе. Как давно это происходило? Целую жизнь назад. А теперь между ними стена. Он прошел внутрь, чуть коснувшись ее, и по коже забегали мурашки, пульс пустился вскачь.
Какого черта? Что она ему скажет? Но он не уйдет, пока не получит от нее ответ. Любой ответ. Кроме правды.
— Не хочешь чашку чая? — вежливо спросила она. -Или кофе? — Если переодеться, она смогла бы быть официанткой, мелькнула мысль, так безлично прозвучал голос. Он покосился в ее сторону. Темный, задумчивый взгляд исподлобья. Он прошел в гостиную и удобно устроился в одном из кресел.
— Я остановлюсь на чем-нибудь покрепче, — саркастически бросил он. Прости. До меня дошло. Теперь у тебя чуть меньше времени, чтобы попытаться сочинить предлог.
— Ничего подобного я не собираюсь делать. — Она выбрала конец софы, подальше от него, и села. Даже на расстоянии она ощущала его так, будто он касался ее обнаженной кожи.
— Как к тебе попало мое заявление? — Джессике было трудно сохранять самообладание. Она наклонилась вперед и поставила локти на колени.
О боже. Она не предвидела, что ей снова придется смотреть на него. Это ее самый жуткий ночной кошмар.
— Я слежу за всем, что происходит в моих компаниях, — все тем же ледяным тоном сообщил он. — Это мой бизнес.
— Конечно.
— Поправь меня, если я ошибаюсь. — Он откинулся назад и оттолкнул от себя ее заявление. Лист скользнул по столу. — Когда мы виделись последний раз, тебя абсолютно устраивала твоя работа.
— Все меняется. — Она пожала плечами и виновато улыбнулась. Но грозное выражение на его лице не исчезло. Ровная, вежливая улыбка Джессики чуть увяла. — Я решила, что на этой работе для меня нет перспективы. — Она думала о своих ступнях и прятала их подальше. Нельзя давать ему повод, который привел бы к раскрытию секрета. — Полагаю, что разочарование наступило после твоего судебного дела. Я поняла, что мне больше не на чем точить зубы. — С этой цепочкой причин получается более-менее убедительно. Доводы звучат все правдоподобнее.
Она все еще не могла встретиться с ним взглядом.
— В чем проблема? — Джессика пошла в атаку. -Служащие не прикованы пожизненно к твоей компании! Уверяю тебя, они свободные люди! Скажи, ты подвергаешь допросу каждого сотрудника, у которого хватило безрассудства подать в отставку? — Сердце ее громко стучало. Лицо раскраснелось. Ей стало жарко, будто все тело
