Не понимаю тебя, — пробормотала Джессика. -То ты в ярости, потому что подозреваешь, будто я охочусь за богатым мужем. Через минуту ты в ярости, потому что думаешь, что я не охочусь за богатым мужем. — Их глаза встретились. Она выдержала его взгляд, хотя это было трудно.
Джессика первая опустила глаза. И наступила разрядка. Он отошел от нее и сел на софу.
— Ты совершенно ясно показал, какой ты мужчина. — Джессика делала паузы между словами, пытаясь собрать мысли в какой-то порядок. — Ты быстро справляешься с работой. Быстро справляешься с женщинами. Разве не ты жаловался, что твоя последняя подружка становится, на твой вкус, слишком капризной? — Она с вызовом уставилась на него, ожидая возражений. Но он молчал. — Я с уважением отношусь к твоим вкусам. Меньше всего в мои намерения входило загонять тебя в угол. Вынуждать тебя поспешно принять ответственность за человека, которого ты едва знаешь.
— Так каков твой план? Скажи точно!
— Справиться самой, — бросила она. — Разве это не очевидно?
— И начиная справляться самостоятельно, ты написала заявление, сократив тем свой доход.
— У меня нет выбора, — процедила Джессика сквозь стиснутые зубы.
— Итак, сейчас у тебя нет работы… Что дальше?
— Я намерена найти другую работу.
— И чем ты будешь заниматься?
— Тем же, что делала раньше, — натянуто проговорила она.
— О, поправь меня, если я не прав. Беременной женщине трудно получить постоянную работу, разве не так? Наниматели косо смотрят на сотрудниц, которые смогут работать всего несколько месяцев.
— Бывает временная работа, — неуверенно возразила Джессика.
— И за нее прилично платят?
— Не сомневаюсь, я что-нибудь найду… — Голос сорвался, и она, нахмурясь, принялась разглядывать пальцы.
— Переписка текстов? Замена ушедшей в отпуск? Временная работа самая неприятная, и за нее относительно мало платят. Скудное жалованье. И к тому же тебе придется оплачивать солидные счета. Конечно, у тебя могут быть большие сбережения на такой черный день, как сейчас.
— Я могла бы…
— Без денег и без семейной поддержки… Джессика стрельнула в него взглядом. Лучше бы ей не пускаться с ним в откровенные беседы, которые сейчас обернулись против нее.
— Я сумею справиться.
— И твои трудности не кончатся с рождением ребенка, — безжалостно продолжал он. Она почувствовала, как слезы собираются в уголках глаз, и поморгала, прогоняя их. — Ты будешь одна. Когда родится ребенок, тебе надо будет найти очень хорошую работу. Оплатить уход за ребенком. Няню. И все это за свой счет.
— Что ты предлагаешь? Чтобы я прервала беременность? — Она едва сумела выговорить страшные слова. Сама мысль вызывала у нее отвращение. Если он толкал ее к такому решению, то пусть убирается вон.
Ни разу она не задумывалась об аборте. Первая реакция на беременность — смятение и страх. Но при этом с самого начала она испытывала какой-то дикий восторг при мысли, что она принесет в мир малыша. Раньше ребенок не входил в ее планы. Но теперь она так сильно хотела его, что сама не могла себе поверить. Это работали биологические часы. А она-то считала, что у нее их нет.
— Ты оскорбляешь меня, — проговорил он с презрением, от которого повеяло морозом. — Я думал о подобном предложении не больше, чем о совете прыгнуть с крыши.
Он замолчал и принял такой вид, будто с удовольствием обдумывал что-то очень занимательное. Или будто набрал полный рот прекрасного вина и смакует его.
— Итак, мы пришли к выводу, что без моей поддержки рождение ребенка насколько желательно, настолько же и невозможно.
— Ни к какому выводу мы не приходили! Тысячи женщин рожают детей и вполне справляются. — Она бы никогда в этом не призналась, но ему удалось отчасти поколебать ее уверенность в себе. Джессика понимала, что намеренно смотрела в будущее через розовые очки. Это был для нее своеобразный способ самозащиты. Но он заставил ее посчитать все капканы и ловушки. То, что она увидела, ей совсем не понравилось.
— У этих женщин не было выбора.
— А у меня есть?
— О да, — мягко произнес он. — У тебя определенно есть.
Ей не понравилось выражение его глаз. Оно тревожило ее.
— И какой у меня выбор? — Джессика знала ответ и не хотела его слышать.
— Выйти за меня замуж.
— Замуж? — Джессика уставилась на него, буквально открыв рот. Она боялась, что вот-вот начнет истерически смеяться. — За тебя? — Смех рвался из живота. Начал кривиться рот. Она вполне сознавала, что это совершенно неприемлемая реакция, но ничего не могла поделать. Она начала тихонько хихикать, потом все громче, пока не разразилась приступом смеха. Смятение, стресс, неопределенность наконец нашли выход. Она слышала
