Заложник

чтобы оттоптал как следует сапоги, прежде чем заслужить право по кабинетам телеса наращивать. В подчинении у него и оказался сержант Жабко.
По сравнению с Сидоренко Жабко выглядел ветераном. Он к тому времени уже оттарабанил в органах целых два года и прекрасно разобрался, где на ментовской службе пряники лежат. Хохляцкая смекалка не подвела.
Новоявленный начальник и его первый в жизни подчиненный быстро сошлись. Да и могло ли быть иначе – они прекрасно дополняли друг друга. Опытный Жабко на карьеру не претендовал – давно уже понял, что по его характеру старшина – самое то. Ответственности минимум, зато возможностей хоть отбавляй. Особенно в смысле общения с населением с целью раскулачивания всевозможных торгашей – от мелких бабуль до жирных кооператоров и ларечников.
Сидоренко, напротив, лелеял самые честолюбивые замыслы и в мечтах уже примеривал к своим кургузым лейтенантским штанам генеральские лампасы. Поэтому он с удовольствием дал Жабко полную волю решать материальные вопросы, как тому заблагорассудится. Сам же с головой погрузился в кадровые интриги.
И небезуспешно – его постоянно куда-нибудь переводили, каждый раз с повышением. И каждый раз он умел устроить так, что вместе с ним переводили и верного Жабко.
В результате нынешний полковник и вечный старшина к настоящему моменту представляли собой чрезвычайно эффективный симбиоз. Начальник УВД был уверен в Жабко, как в самом себе, – такой не подсидит. Ему это просто не нужно. А в смысле повышения благосостояния человек незаменимый – благодарный за покровительство Жабко исправно отстегивал начальнику ровно половину от своих доходов.
И ни разу не обманул – молодец, честный парень! К тому же Жабко всегда был в курсе всех ментовских слухов и сплетен и исправно доводил их до сведения своего друга-начальника. В управлении многие уже начинали его побаиваться. Да, без такого не обойтись в деликатных и небезопасных делах.
Тем более в таком деле, которое намечено на завтрашнее утро.
«Вот вам и кардинал Ришелье», – весело подумал Сидоренко, вспомнив закулисного воротилу из телесериала с Боярским в главной роли. Книг он не читал, поэтому о романе Дюма имел смутное представление.
Остальных делегатов подобрать было проще пареной репы. Кто там у нас главный по организованной преступности? Ага, господин подполковник Семчук. Вот и пусть протрясет пузо, побеседует с подопечными. Подтвердит профессионализм, так сказать. А кто в мэрии постоянно околачивается? Дорогушазаместитель, полковник Кушаков. И его туда же. Чтобы заодно лишний раз почувствовал, кто в управе хозяин. А то что-то больно боек стал в последнее время – уж не сам ли в генералы метит?
Сидоренко внезапно громко засмеялся, вспомнив, как на первое апреля они с Жабко разыграли Кушакова. Сварганили поддельный министерский приказ – мол, отныне всем чинам от генерала и выше велено носить лампасы не только на штанах, но и на трусах. И ведь поверил, хорек! Да, здорово повеселились тогда.
Ну ладно, с укомплектованием бригады «ух» покончено.
Теперь главное.
Как опытный и ответственный профессионал, полковник Сидоренко пришел к выводу, что он лично должен осмотреть место завтрашней сходки. Как говорится, во избежание чего.
Есть такое слово – надо!
Верный Жабко получил необходимые инструкции и отправился готовить машину.
Уже начало темнеть, когда управленческий УАЗик выполз на берег Оби. Так и есть – остров, обозначенный на предоставленной людьми Круга подробной карте, как миленький чернел на фоне полыхающей оранжевыми закатными бликами воды.
– Ну что, Тарас, готовь плавсредство.
Тарас вытащил из машины двухместную надувную лодку с ямаховским мотором. Пускай эти, блин, дипломаты завтра веслами машут – а у нас под рукой магазин «Веселый рыбак» бизнесмена-патриота Мирзоева. Который всегда готов помочь органам – безвозмездно, ха-ха.
Подкачав плавсредство компрессором, Жабко спустил его на воду.
Минут через десять экспедиция высадилась на остров. Пока Сидоренко прогуливался вдоль кромки воды, Жабко обшарил каждую кочку, даже пару раз по-собачьи разметал песок в показавшихся ему подозрительными местах. Под конец из-за сгустившейся темноты пришлось воспользоваться фонариком. Все было чисто.
– Ну что, будем собираться в обратный путь, – решил полковник, выслушав доклад Жабко.
С трудом подавил он в себе желание засунуть под какую-нибудь кочку «макарова» – нельзя, мы же солидные, блин, люди! Слово держим.
И они уже было направились к лодке. Вдруг в луче фонарика, которым Жабко напоследок провел по воде, высветилась какая-то темная куча. Покачиваясь на речных волнах,