Заложник

– с пьяными драками на танцплощадках, хмурыми похмельными пробуждениями по заводскому гудку, мелким воровством на общей кухне и крупными загулами в день получки – предопределяла жизненный путь большинства молодых обитателей поселка.
Первая сигарета в десять лет, первый стакан дешевой водки в двенадцать, косяк с анашой в тринадцать, первая проститутка в четырнадцать, а дальше кражи, следственные изоляторы, суды, пересылки, «малолетка», «взросляк» и лагерная безвестность – вот краткие этапы жизненного пути многих посельчан. Тому, кто родился и вырос в «шанхае», вряд ли можно было рассчитывать в жизни на что-либо путное.
В 1958 году второклассник Савка Круг прямо под окнами барака сорвался с качелей и сильно расшиб голову. Черепно-мозговая травма странным образом повлияла на наклонности молодого шалопая: спустя несколько месяцев мальчик заметил за собой неодолимую тягу к воровству.
Это не была клептомания в чистом виде – просто осознанное стремление мгновенно удовлетворить любое желание. Школьник начал с ближайшего окружения – стянул пенсию у родной бабки, причем сделал это в битком набитом автобусе, когда они возвращались из центра. Конечно же, его не заподозрили – старуха честила на чем свет стоит обнаглевших карманников. И новоиспеченный вор вдоволь обожрался мороженым и конфетами, настрелялся в тире, не вылезал из единственного в округе кинотеатра, где крутили еще трофейные фильмы.
Потом последовал ряд мелких краж в школе. Потом появились и подходящие друзья – уличная приблатненная шпана, среди которой верховодил прыщавый девятнадцатилетний хлыщ по кличке Мирза.
Он неподражаемо плевал сквозь зубы, хрипло пел блатные куплеты под гитару и рассказывал захватывающие истории о романтике борьбы честных воров с мусорами погаными. Теперь вся компания стала ходить на «дела» под предводительством Мирзы.
Савка быстро обнаружил у себя талант. Его тонкие и длинные пальцы могли делать чудеса похлеще, чем показывал всей стране Эмиль Кио. И сверстники разинув рты смотрели, что умел вытворять со своими руками прирожденный «щипач», постоянно оттачивавший свои навыки.
В семнадцать лет Савка Круг уже получил свой первый срок, год исправработ.
Общение с уркаганами, которым шестерка Мирза и в подметки не годился, на долгие годы определило жизненный путь карманника. Вернувшись, он стал честно «работать» в людных местах и честно отсидел еще восемь лет из последующих двадцати. Но коронован не был, поскольку был интеллигентен и тих и в командиры не стремился. В последний раз вышел на свободу в ранге козырного фраера, свояка.
И тут обнаружил, что его пальцы потеряли былую гибкость, реакция притупилась, а работать «на прополь», когда вытащенный кошелек сразу передается подельнику, он считал ниже своего достоинства. Приходилось снова определяться в жизни. Он решил воровать другими методами, поскольку меняющиеся времена позволяли. И вполне преуспел…
Если смотреть на вещи здраво, то он почти вырвался из тюремно-лагерного круга. Редкое участие в подобных сходах и регулярное отстегивание бабла в общак – вот и все его криминальные обязанности. Главные нынешние его преступления – дача взяток должностным лицам и уклонение от уплаты налогов, то есть те, которые почти ежедневно совершает самый добропорядочный и законопослушный гражданин нашей страны. И если не лезть на рожон и сильно не светиться – можно и на заслуженную пенсию официально выйти…
Не уркой, а всеми уважаемым человеком…
Однако, как говорится, положение обязывает.
Утерев салфеткой рот, Савелий Павлович поднялся со стула.
– Ну что, господа? Как вам местная кухня? Никто не отравился?
Толпа загудела в ответ на неказистую попытку пошутить: живы, мол, здоровы…
А потом наступила тишина – затихли все начавшиеся раньше разговоры.
– Значит, пожрали, – сам себе кивнул Круг. – Очень хорошо. Давайте теперь о делах наших скорбных…
Он сел, облокотившись на стол, откашлялся в белоснежный платочек и, сделав лицо серьезнее, чем у председателя Госдумы, начал речь:
– Вот уже скоро месяц, господа, как бесследно исчез наш руководитель. Вор в законе Кислый. С ним пропали тридцать четыре самых близких и верных его соратника, наши друзья и братья. Среди них Зубило, Скокарь, Шкет, Паяльник, Квадрат, Терминатор, Зяма, Череп, Мешок… Исчезли они во время запланированной операции по разгрому поместья на Чулыме, хозяин которого – наш враг. Одновременно куда-то подевалась рота милицейского ОМОНа, с которой наша братва отправлялась на дело. Но это проблемы ментов. Была у меня мысль, что мусора так хитро с нашими расправились, но нигде никаких сведений на