Заложник

и патроны к ним, а Знахарь сбегал в спальню и вернулся, держа в руках небольшой, но туго набитый рюкзак с деньгами и разнообразными документами.
– Все, сваливаем, – сказал он и повернул на камине литой чугунный завиток, ничем не отличавшийся от других таких же.
Загудел электродвигатель, и топка камина съехала в сторону, открыв вертикальный лаз, в котором были видны уходящие вверх скобы железной лестницы. Один за другим Знахарь и его друзья скрылись в темноте узкой шахты, ведущей на крышу, и топка камина со скрежетом вернулась на место.
А в это время по лестницам двух подъездов, выходящих на совершенно разные улицы, торопливо поднимались вооруженные люди. Они знали, что тот, кто им нужен, скрывается в сдвоенной квартире.
Человек, сообщивший эти сведения, пожелал остаться неизвестным.
– Савелий Павлович? – раздался в трубке незнакомый голос.
– Да, это я, – недовольно, но вежливо ответил Круг.
Недовольство было вызвано тем, что на дисплее мобильника не высветилось вообще никакого номера.
– Кто я такой – не имеет значения, – звонивший предупредил вопрос Круга, – но я сообщу вам нечто очень важное, поэтому слушайте меня внимательно.
– Я слушаю, говорите.
– Вы ищете одного человека. И вы знаете его как Майкла Боткина. Верно?
– Верно, – осторожно сказал Круг.
– Сейчас я продиктую вам адрес, и вы будете очень спешить, если хотите застать его на месте. Но сначала я назову вам еще одно его имя.
– Я слушаю.
После небольшой паузы Штерн внятно произнес всего лишь одно слово:
– Знахарь.
В мозгу Круга раздался какой-то тихий звоночек, потом из глубин памяти стали всплывать имена, события, люди, и он, не веря тому, что услышал, медленно произнес в трубку:
– Вас не затруднит повторить то, что вы сказали?
– Знахарь, – повторил Штерн.
– Но позвольте… – ошеломленно выдохнул Круг.
– Потом, – прервал его Штерн, – может быть, потом я позвоню вам еще раз. Записывайте адрес…

По ночной трассе мчался рейсовый междугородный автобус.
На его борту был нарисован широко улыбающийся медведь с бутылкой пива «Бочкарев» в мощной лапе, а ниже красовалась надпись «Томскъ – Новосибирскъ», сделанная церковнославянским шрифтом.
В салоне автобуса было темно, и только тусклые лампочки, освещавшие пол вдоль прохода, позволяли разглядеть силуэты спавших в мягких креслах людей. Пассажиров было немного, и большинство кресел оставались свободными. Где-то под полом негромко урчал мощный двигатель, но этот тихий звук никого не беспокоил. За окнами была кромешная тьма, и только ночные звезды перемигивались в страшной холодной вышине.
Спали почти все, кроме трех мужчин, которые, удобно расположившись на просторном заднем сиденье, переговаривались вполголоса.
– Куда едем, зачем едем… – Тимур растерянно покрутил головой и приложился к бутылке пива «Бочкарев».
– Не куда, а откуда, – наставительно ответил Знахарь и тоже сделал крупный глоток из своей бутылки. – В жизни и так бывает. Мы же просто делаем ноги, а куда – видно будет. Между прочим, мне часто приходилось делать ноги, так что у меня в этой области человеческих знаний и умений большой опыт.
– Да уж… – Тимур допил пиво и стал искать, куда бы убрать пустую бутылку.
– Положи в сумку, – посоветовал ему Знахарь. – Может, потом сдать удастся.
– Ха. Ха. Ха, – раздельно произнес Тимур, – как смешно. Сидит на рюкзаке с деньгами и собрался бутылки сдавать.
Афанасий, прислонившийся головой к стеклу, в беседе не участвовал и только переводил глаза со Знахаря на Тимура и обратно.
– А насчет твоего большого опыта по части сваливания – тут я полностью согласен. Как красиво и мужественно ты отдавал распоряжения! Прямо как капитан крейсера… Да что там крейсера – авианосца!
– А что, – усмехнулся Знахарь, – лучше было бы сесть попить чайку на дорожку, чтобы нас тепленькими взяли?
– Да я, в общем-то, ничего… – Тимур пожал плечами, – так, чешу от скуки языком, да и все тут. Не люблю я, понимаешь, в междугородных автобусах ездить. Тут воняет, как в самолетном сортире.
– Точно, – кивнул Знахарь. – А я-то думаю: что за знакомый запах такой?
– Ну что, еще по одной? – вздохнув, спросил Тимур.
– Давай…
Достав из купленной на автобусном вокзале сумки две бутылки пива, Тимур протянул одну из них Знахарю и мечтательно сказал:
– Представляю себе их разочарованные морды. Врываются в квартирку – а там никого.
– И только окурки в пепельнице дымятся, – подхватил Знахарь, открывая пиво.
– Во! Точно! – обрадовался