Заложник

подполковника, а за его спиной дымилась непонятная груда кирпичных развалин.
– Это где же? – шепотом спросил Тимур, бросивший свои шашлыки.
– Молчи! – цыкнул на него Знахарь.
Мент откашлялся, оглянулся на развалины и, сдвинув брови, произнес:
– Пока я могу сказать только… что данный взрыв произошел в помещении буфета. Мощность данного взрывного устройства была… примерно двадцать килограммов в тротиловом эквиваленте. Данная взрывчатка находилась в пластиковом мешке из-под мороженого. Наверное, под видом данного мороженого ее и привезли. Больше ничего сказать не могу.
Камера повернулась к державшему микрофон журналисту с радостными глазами, который бойко спросил:
– Имеете ли вы сведения по поводу того, где теперь будет располагаться городское управление ГАИ?
– Таких сведений пока не имею, – ответил подполковник.
Подумав, он добавил:
– Без комментариев, как говорится.
– А по количеству жертв? – спросил журналист. – Есть новые сведения?
– Пока ничего определенного по данному поводу сказать не могу. Но данные преступники не уйдут от ответа, – сказал подполковник и снова оглянулся на развалины, – для нас данный вопрос – вопрос чести.
На экране снова появилась дикторша, которая, склонив голову набок, прислушивалась к тому, что ей говорили в ухо через прозрачную клипсу.
Встрепенувшись, она посмотрела в камеру и сказала:
– И еще одна шокирующая новость. По петербургским кладбищам прокатилась волна осквернений. Но на этот раз пострадали вовсе не могилы евреев или ветеранов войны. Вандалы разрушили множество могил, в которых покоились уголовные авторитеты и вообще люди, имевшие отношение к криминальному миру города.
Кадр сменился, и Знахарь увидел вывороченный из земли дорогой надгробный камень, на котором золотом было написано: «Спи конкретно спокойно, братан».
Камера, прыгая и теряя изображение, объехала вокруг поваленного обелиска, и стала видна другая надпись, сделанная кистью.
«Ты убил меня. Будь ты проклят во веки веков».
Снизу была подпись: «Союз мертвых».
Эти слова были написаны красной краской, весьма напоминавшей кровь, и Рита передернула плечами.
– Такая же надпись, – сказала дикторша, – была обнаружена еще на семидесяти шести могилах, находящихся на разных кладбищах города. И вот сейчас…
Из-за кадра протянулась рука с листом бумаги.
Взяв его, дикторша пробежалась по тексту глазами и, кивнув, повторила:
– Да. И вот сейчас, только что, мы получили совершенно новые сведения.
Она посмотрела в бумагу и произнесла:
– По непроверенным данным, ответственность за оба чудовищных преступления, то есть за взрыв здания управления ГАИ, при котором погибло не менее тридцати человек, и за масштабное осквернение могил уголовных деятелей взял на себя ранее никому не известный террорист по кличке…
Дикторша снова посмотрела в текст и сказала:
– По кличке Знахарь.
– Не понял! – воскликнул Знахарь.
И уронил себе на голые ноги чашку с горячим чаем.