Никогда и ни с кем не спорьте на пьяную голову! Особенно с вреднющей младшей сестрой, которая считает, что солидный бизнесмен, приглянувшийся вам в ресторане, «нe вашего полета птица». Ха! — только и сказала я в ответ. Дайте мне пять минут — и с номером телефона в зубах прибежит знакомиться. А за месяц приручу так, что горы ради меня свернет и кольцо с бриллиантом на палец наденет. Скажете, так не бывает? Вот и я говорю — никогда и ни с кем не спорьте на пьяную голову! А то может случиться так, что не кольцо вам, а вулкан проблем, а сам бизнесмен — циничный и высокомерный гад. Да еще и по-русски двух слов связать не умеет. ХЭ! ОДНОТОМНИК!
Авторы: фон Беренготт Лючия
уже нельзя было не то, что встать, но даже и ремень расстегнуть.
Приготовившись к заложенным ушам — в последний раз, когда я летала на самолете, я оглохла почти на час — я закрыла глаза и откинулась на сиденье.
Самолет рванул вперед, резко набирая скорость… Рев мотора стал почти нестерпимо громким, и я поморщилась от неприятных ощущений.
— Заткни уши и смотри в окно! — прокричал мне снова оказавшийся рядом Пол. — Так ты «заземлишься»… Вон коробка с берушами.
А ты почему ходишь во время взлета? — хотела спросить я, но не стала — все равно не услышит.
Потянулась рукой куда он показывал и вытащила из кармашка сиденья герметично закрытую розовую коробочку.
Содрала целлофановую обертку, щелкнула простеньким замочком…
— В окно смотри, когда будешь уши затыкать… — не оставлял меня Пол.
Я вздохнула и, чтобы отстал, глянула в круглый иллюминатор. И прям в груди защемило.
А ведь он прав.
Улетаю из родной страны и даже в окно самолета не взгляну.
Не то, чтобы я улетала прям с концами — собиралась вернуться за родными, как только сможем оформить меня по рабочей визе. И все же… Заканчивается одна жизнь, начинается другая.
Подперев щеку кулаком, я облокотилась на ручку кресла, пытаясь впитать, осознать происходящее.
Пол забирает меня с собой. В Америку. В Сиэтл, штат Вашингтон.
Да, пусть не в качестве жены, но ведь была же причина, почему не успел сделать предложение. До последней минуты не знали, клюнет ли Лесли на нашу хитрость.
И, по правде говоря, мне уже было не важно — я бы уехала с ним в любом качестве. Черт, даже если бы он так и не встал, я бы все равно уехала с ним — сиделкой к недееспособному инвалиду…
По стремительно убегающему взлетному полю ездили грузовики с прицепленными тележками для багажа. Еще одна, параллельная взлетная полоса была совершенно пуста… И сам небольшой аэропорт был относительно пуст — лишь в самом дальнем краю, уткнувшись носами в ангары, «припаркованы» были несколько таких же как наш частных самолетов.
Как странно, подумала я, открывая коробочку с берушами и набирая в легкие воздух, когда, мощно дернувшись, самолет рванул вверх, в воздух. Самолетов нет, а грузовики-транспортировщики есть… Причем в большом количестве…
С ни меньшим недоумением я вдруг посмотрела вниз — вместо мягкого материала берушей, мои пальцы нащупали нечто твердое и почти острое. И холодное.
Опустив глаза, я зажмурилась — так резанула взгляд искра благородного камня.
— В окно! — прокричали над ухом.
В окно. С трудом отведя взгляд от тонкого сияния кольца из белого золота — с огромным, водруженным в центре всей этой красоты драгоценного камня — я посмотрела.
Съехавшись кабинами и кузовами, прямо под бортом взлетевшего самолета, грузовики-транспортировщики выстроились в удивительную, изогнутую фигуру.
Самолет забрал вправо, лег на крыло и, продолжая набирать высоту, развернулся широким, пологим кругом по периметру аэропорта.
«MARRY ME» — явственно прочитала я, следуя взглядом вдоль по змее из грузовиков.
— Marry me? — спросил меня Пол, нависая над креслом и довольно улыбаясь в ответ на мое, без сомнения, остолбенелое выражение лица.
На колени не опустился. И хорошо — не в его стиле были все эти сопли с сахаром.
— Ты, наверное, просто секса хочешь? — улыбнулась я. — На законных правах.
Он поднял бровь.
— А то ты без кольца со мной не спала…
Не удостоив его ответом, я отстегнулась и бросилась ему на шею.
— И зачем все это? — спросила, жадно вдыхая родной запах — в том самом, только мне известном месте, между шеей и подбородком. — Мог бы просто спросить…
Он пожал плечами.
— Это было не так трудно сделать. Тебе не понравилось?
— А если бы Лесли узнала?
Он ухмыльнулся.
— Все очень удобно совпало. Если бы Лесли не прислала сейчас документы, ничего бы этого не было, и пришлось бы ограничиться кольцом. Кстати, как тебе оно?
Я вспомнила про вторую составляющую предложения и отлепилась от его шеи, вытащив кольцо из коробки — тонкий ободок с огромным бриллиантом в простой оправе. Не нужно было быть ювелиром, чтобы догадаться, что этот камешек стоит целое состояние.
— Мне нравится, — просто сказала я.
Он вдруг выдохнул.
— Ну и слава Богу… А то я боялся, ты опять заведешь эту свою песню — «да, зачем», «да не надо»…
Я внимательно смотрела на него.
— Не заведу. Но ты же понимаешь, что я не ради всего… этого соглашаюсь? — я неопределенно обвела рукой.
Он широко улыбнулся, потом поднял мое лицо к себе за подбородок.
— Значит, соглашаешься?
Я сделала дурашливо возмущенное лицо.
