Родители хотели выдать Сауле замуж за «уважаемого» человека, и тот держал ее у себя, пока она не забеременела. Но Сауле не покорилась и покинула любимые степи. Случайная попутчица приняла участие в судьбе несчастной беременной девочки. Привезла в родной город, помогла устроиться и даже организовала фиктивный брак с двоюродным братом. Сауле никогда не задумывалась о своем новом «муже» и готова была дать ему развод по первому требованию. Но по прихотливому стечению обстоятельств они однажды встретились, не зная, кем приходятся друг другу…
Авторы: Гордиенко Галина Анатольевна
Пролетят, и не заметите!
Девица судорожно вздохнула. Сергей ободряюще воскликнул:
— Вот и договорились! Кстати, вас как зовут, уж простите, не заглянул в личное дело, слишком неожиданно узнал об отпуске секретаря… — Он хмыкнул: ситуация вообще-то дикая. — Как вы сказали? Саня? Саша то есть?
Сауле растерянно кивнула, больше всего на свете ей хотелось провалиться сквозь землю.
Она — секретарша!
Да она и дня не проработает на этом месте. Ее или выгонят завтра же — и что тогда скажет Татьяна?! — или она сама сбежит.
Ну почему, почему ей так не везет?!
Новое место Сауле нравилось. Она практически ни с кем не сталкивалась, ни от кого не зависела. Да и высыпаться удавалось, наконец-то она перестала чувствовать себя преступницей, вставая с постели в десять утра.
Спасибо Татьяне — к одиннадцати Сауле вполне успевала на работу. Получала от хмурого, угрюмого Поле щука задание — лист бумаги с перечнем нужных статей или тем — и садилась в своей крохотной каморке за компьютер. Или шла в магазин за всякой нужной в офисе мелочью, раньше этим занималась как раз секретарша… Времени до семи-восьми вечера достаточно, она успевала все.
Анна Генриховна прямо сюда к шести часам приводила Китеныша. Очень удобно оказалось. Пока Сауле работала или поливала в опустевшем офисе цветы, Китеныш сидел в ее комнатке и читал. Или помогал Сауле, он очень быстро здесь освоился.
Двенадцать тысяч!
Она никогда раньше не получала таких денег.
Сауле сглотнула слезы — может, удастся тихо и незаметно посидеть у телефонов? Вот бы этот… Сергей Анатольевич, Вероника так его называла? — уехал на две недели в командировку.
Сауле передернуло, когда директор фирмы снова назвал ее Сашей, но поправлять не решилась — так проще.
Сауле — слишком необычное в этих широтах имя.
Не объяснять же, что бабушка — казашка?
Тем более Татьяна говорила — все здесь считают, что она из деревни Колываново. Дальняя родственница хозяина фирмы, кажется. Или односельчанка его матери? Надо бы уточнить, а то еще спросят…
Сергей встал. Кивнул на пачку чая и напомнил:
— Чай-то свой не забудьте!
Он невольно усмехнулся, наблюдая, как временная секретарша робко приближается к столу. Вдруг вспомнил о ее сдвинутом графике и бодро сказал:
— Да, Саша, эти две недели вам придется приходить на работу к девяти, вы уж не опаздывайте, — и легонько коснулся ее плеча.
Колыванова, протянувшая было руку к своей пачке чая, испуганно вскрикнула, дернулась, и огромная хрустальная ваза под фрукты — кстати, подарок благодарного клиента! — упала на пол и разлетелась на мелкие осколки. Мандарины и яблоки раскатились по кабинету, гроздь бананов тяжело шмякнулась к ногам обомлевшей девицы, переспевшая груша расползалась на дорогом светлом паласе безобразной рыхлой кашицей.
Колыванова ахнула и почти упала на колени, пытаясь перехватить убегающие во все стороны мандарины. Злющий, как дракон, Сергей — еще один неудачный день, да что ж это такое?! — попытался смахнуть с брючины ошметки груши и нечаянно задел чужие очки, те улетели куда-то под стол.
Девица жалобно пискнула, зачем-то прикрывая лицо руками. Сергей раздраженно прикрикнул:
— Только без истерики, пожалуйста! И не дергайтесь, ради бога, Вероника вон чашку из-под кофе еще не унесла, мало битого стекла, считаете?
Он выдернул из-под стола сунувшуюся было туда временную секретаршу. Нашарил под тумбой ее очки и порадовался, что они уцелели, хотя такое уродство неплохо бы и разбить, жаль, не судьба…
С трудом встал, чувствуя, как под подошвой крошится хрусталь. Довольно грубо поставил на ноги Колыванову, собираясь вручить ей очки.
— На сегодня точно пора разбегаться, пока мы кабинет по кирпичику не разнесли! — проворчал он, разворачивая несуразную девицу лицом к себе, и ошеломленно замер, не договорив.
С тощенького, какого-то прозрачного личика на него смотрели самые удивительные глаза, какие он только видел. Синие, странно искристые, неправдоподобно яркие на смуглом скуластом лице. А уж форма…
Понять, какой же формы глаза у временной секретарши, Сергей не успел. Колыванова бесцеремонно выдернула из его рук очки и мгновенно нацепила на нос. Лицо ее залил яркий румянец, она крупно дрожала и спиной отступала к двери.
Сергей растерянно пробормотал:
— Ну, елки, зачем же так…
Колыванова продолжала пятиться, такая же несуразная, угловатая, некрасивая и испуганная до смерти.
Сергей быстро приходил в себя — ну, синие глаза, и что такого? Глаз он не видел синих? Перепугал вон девчонку, точно — дикарка, правильно Вероника сказала, хоть и дура полная…
