В отдаленном заполярном гарнизоне ВВС Северного флота командир полка разработал универсальную методику нетрадиционного поиска подводных лодок, аналогов которой в мире не существует. О его научных изысканиях в гарнизоне не известно никому. Почти никому… Однако советская разведка получает сведения о том, что спецслужба соседнего государства уже располагает копией этой секретной разработки. Найти канал утечки данной информации берется молодой сотрудник военной контрразведки КГБ капитан Игорь Чернов.
Авторы: Иванов Евгений Геннадьевич
наркотиков. Теперь Сергей ждал лета, чтобы опять восстановиться на второй курс Бауманки. Однако жизнь опять распорядилась иначе.
В один из апрельских дней он нашел в почтовом ящике повестку из военкомата. Лобанов совсем забыл, что с исключением из вуза он потерял право на отсрочку от армии. Не помогли даже многочисленные связи отца. Решением призывной комиссии Лобанов направили служить на Северный флот. Единственное, что удалось отцу, — это договориться с военкомом, чтобы сына направили служить в морскую авиацию. Там, как в армейских частях, срок службы составлял два года вместо трех лет на кораблях.
Шесть месяцев в школе младших авиационных специалистов пролетели, как один день. В коллективе, кроме сержантов, все были одного призыва, и поэтому дедовщины, которой пугали всех новобранцев, в подразделении не было. Плюс базовая школьная подготовка и один курс МВТУ тоже сделали свое дело. Его командир роты заочно учился в Киевском высшем военном авиационном инженерном училище, поэтому задачи по математике и физике приходилось решать Лобанову. Сергея это устраивало, потому что в такие периоды времени он освобождался от уборки территории, нарядов и других работ. Сержанты, зная об его отношениях с ротным, старались Сергея не замечать, чтобы не создавать себе проблем. После окончания курса подготовки ротный обещал оставить Лобанова в «учебке» сержантом, но ему опять не повезло. Когда учеба закончилась, командир роты находился на сессии, а командир батальона внес его в списки военнослужащих, направляемых в Заполярье в части противолодочной авиации. Так Сергей Лобанов стал матросом морской авиации Северного флота.
В сравнении с гарнизоном «учебки» боевой гарнизон произвел на Сергея жалкое впечатление. Половина зданий служебной застройки, особенно на аэродроме, были деревянными. Старослужащие рассказывали, что на базе этого аэродрома снимали художественный фильм «Торпедоносцы». Гарнизон был удобен для съемок еще и тем, что не нужно было строить дополнительных декораций, настолько старыми были имеющиеся строения. Коренному москвичу трудно было привыкнуть к такой обстановке. Но сложнее всего Сергею было привыкать к новому коллективу. Здесь все было не так, как в учебном подразделении. Тут царила дедовщина или, как ее называли на флоте, «годковщина». Но в отличие от корабельных «годков» военнослужащие делились не по годам службы, а, как в армии, — по призывам. Здесь были свои «салаги», «гуси», «старики» и «дембеля». В первую же ночь у него произошло знакомство с «дембелями». Учитывая, что в учебном подразделении Сергея почти не задействовали на хозработах и его роба имела практически первозданный вид, ему пришлось поменяться одеждой с «дембелями». В ту же ночь его прикрепили к одному из «дедов», которому он должен был каждое утро застилать постель, чистить бляху и обувь. Отдельной темой были ночные полеты. Здесь уже спать не приходилось никому. Поэтому когда с молодым пополнением беседовал старшина роты прапорщик Солоха, Лобанов, не стесняясь, рассказал, что может делать все и особенно преуспел в точных науках. Уж очень хотелось Сергею найти на новом месте покровителя по подобию ротного в школе младших авиаспециалистов.
Улыбки судьбы пришлось ждать недолго. Как-то после обеда в казарму к прапорщику Солохе зашел капитан Бондаренко. Он занимал должность техника вычислительного центра и иногда просил старшину выделить матросов для уборки помещений.
— Что, опять матросики нужны? — увидев гостя, спросил Солоха.
— Не матросики, а матросик, — весело ответил офицер и протянул руку прапорщику.
— Здорово, — ответил старшина, пожимая руку гостю, — заходи ко мне в канцелярию.
— Николаич, — начал Бондаренко, — подбери мне из нового пополнения человечка на вычислительный центр. Чтобы не залетный был, работящий, в технике разбирался и на хозяйстве можно было оставить.
— Ха, — усмехнулся Солоха, — ты сам хоть понял, чего просишь? Ты где видел таких матросов? Их куда ни целуй, везде жопа.
— Ну, неужели нормальных нет? — не унимался Бондаренко.
— Да всех нормальных еще на пути в полк разобрали. Опять же водителя по-любому у тебя заберут, когда нынешние водители дембельнутся. Хотя есть парочка, — заговорщицки подмигнул прапорщик и достал пачку «личных дел» молодого пополнения. Переложив на столе бумаги, старшина выбрал две анкеты и подал их капитану.
— Вот, — стал пояснять он, — матрос Сидоренко, вырос в селе без отца, работал в колхозе на тракторе. То, что тебе нужно: и работящий, и в технике разбирается.
— Ты что, издеваешься? — перебил его Бондаренко. — Мне нужно, чтобы он в ЭВМ разбирался, а не в тракторе. На кой черт мне тракторист?
