В отдаленном заполярном гарнизоне ВВС Северного флота командир полка разработал универсальную методику нетрадиционного поиска подводных лодок, аналогов которой в мире не существует. О его научных изысканиях в гарнизоне не известно никому. Почти никому… Однако советская разведка получает сведения о том, что спецслужба соседнего государства уже располагает копией этой секретной разработки. Найти канал утечки данной информации берется молодой сотрудник военной контрразведки КГБ капитан Игорь Чернов.
Авторы: Иванов Евгений Геннадьевич
не все. На такой должности нужно уметь отвечать за свои дела и поступки. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы все пошло по-другому. Никто не скажет, каким материальным ущербом для страны обернулась бы его халатность. Да и ты, скорее всего, в звании капитана завершил бы карьеру в органах. Вряд ли Шкилев переживал бы по поводу твоей загубленной судьбы. Так что пусть радуются, что все остались на свободе. Ну а ты, Игорь, сегодня-завтра отписывайся по этому делу и с понедельника готовься в отпуск.
— А как же с Лобановым быть?
— Все, что от тебя зависело, ты сделал. Теперь в отношении него мы отправим ориентировку в Москву, а там уже начнется работа территориальных органов. Лобанов твой через пару недель уволится и станет их клиентом. А ты отдыхай, и с новой силой начинай копать. Здесь, на Севере, работы для нашего брата не меньше, чем в столице.
Можайский улыбнулся капитану и стал складывать документы в сейф. Игорь тогда еще не знал, насколько окажется прав его начальник и какие перипетии его ждут впереди.
Нельзя сказать, что сорок семь суток отпуска для Игоря Чернова пролетели как один день. За это время вместе с женой они погостили у ее родителей в Луганске, съездили отдохнуть в пансионат на Керченский полуостров, где начиналась офицерская служба Игоря. Затем проведали его родителей в Ставропольском крае. Это был первый отпуск капитана Чернова за период службы на Севере. После его окончания Игорь возвращался к месту службы один. Обычно офицеры и прапорщики на летний период оставляли семьи на Большой земле, и для мужчин наступали тяжелые времена. В шутку лето на Севере называли «кобелиным сезоном», потому что увидеть женщину в гарнизоне в это время было сложно. А мужчины, пользуясь бесконтрольностью со стороны вторых половин, довольно часто теряли человеческий вид, но это воспринималось всеми спокойно, как неотъемлемая часть службы в Заполярье. С появлением в гарнизоне жен жизнь очень быстро возвращалась в нормальное русло.
Прибыв в гарнизон, Игорь с удивлением для себя отметил, как красиво стало вокруг. Природа поражала буйством красок. Некогда заснеженные сопки утопали в зелени кустарников, голубое небо отражалось в водной глади бесчисленного множества озер, со всех сторон окружавших поселок. Едва войдя в квартиру, Игорь быстро распаковал чемодан, переоделся в спортивный костюм и пошел гулять. К своему стыду, за предыдущие месяцы службы ему ни разу не приходилось удаляться от гарнизона дальше чем на пятьсот метров. Просто не было необходимости, да и ходить по глубокому снегу без нужды не было желания. Спустя девять месяцев службы в этом гарнизоне он наконец открыл для себя другой Север. Игорь был приятно поражен изобилием ягод вокруг: кусты черники покрывали здесь все свободное пространство, ближе к воде начинались заросли морошки, а склоны сопок были просто усеяны ковром брусники и вороники. Такого изобилия даров природы Чернов никогда не видел даже на Украине. Видимо, сама земля после долгой зимы стремилась летом выдать сразу все свои богатства. Он уходил все дальше от гарнизона на север и каждый раз находил для себя что-то новое и интересное. Как оказалось, на одной из сопок были установлены фуникулер и трасса для скоростного спуска. Видимо, зимой здесь проводились соревнования лыжников. К сожалению, Игорь не был поклонником этого вида спорта, но в этот момент позавидовал его приверженцам. Начиная с середины февраля, после восхода солнца у них была отличная возможность приятно провести время на свежем воздухе. Игорь удалялся все дальше и дальше, периодически пугая затаившихся зайцев и куропаток, пока не поднялся на самую высокую сопку. Растительности на ней практически не было, за исключением сплошного ковра ягеля. Чернов забрался на ее вершину и увидел: впереди, как на ладони, простирался Североморск. «Сколько же я прошел? — подумал Игорь. — Не меньше десяти километров». Он посмотрел на часы, стрелки показывали двадцать часов. Нужно было возвращаться назад. В разгаре стояла полярная ночь. Здешние ночи существенно отличались от белых ночей Ленинграда, когда в полночь царили сумерки. Тут, в Заполярье, солнце не заходило вообще. Так, при солнечном свете, капитан Чернов уставший, но довольный вернулся домой. До условного утра он проспал без сновидений, дорога в гарнизон и вечерняя прогулка сделали свое дело.
После доклада начальнику отделения Особого отдела ВВС о своем прибытии капитан Чернов направился в штаб.
