Везучему парню, опять повезло, начитавшись Конюшевского и Конторовича, он попал в 1941. Но в отличии от героев первого и второго классика, наш главный герой простой среднестатистический парень, и потому ему придется просто воевать, за Родину и Сталина!
Авторы: Хабибов Фарход
Онищук, надо разобраться. Что за окруженцы такие?
Сижу и опять тыква в думки влетела, что ж делать, я в истории, конечно, маракую немного. Ну знаю что немчура шандарахнула по Красной Армии, и бедные предки потеряв до хрени танков, боеприпасов, авиации, да и личного состава, откатывались от вермахта как пропивший зряплату дядька от жены созданной в стиле «жесть». Но я не то, что некоторые ввихревременцы, ни фига не волоку в конкретике тех времен. Говорю ж меня там навечно забанили, сцуки махровские, видите ли, если я пишу на русском, да сам нерусский, да еще и не с России, то я, как там было «провокатор и тролль» (а что еще предположить, я не знаю, причин-то, эти вонючки не написали, просто тупо в бан). Мумийтролль им в зад, вот и не судьба мне беседовать со Сталином, Берией, и Судоплатовыми. Потому что проку ни хера от моей беседы с ними, инфы от меня как от козла баксов. Да и ноутбука ни хера со мной нет, даж трусов скажем из 21 века, фигвам, у меня тело и то не свое.
Подходит Онищук, и с ходу начинает умничать:
— Товарищ старший лейтенант…
— Слышь хватит, сам не затрахался каждый раз так долго меня обзывать? Давай просто без политесов, чай не на плацу, да и ситуация далека от устава РККА как жопа от бублика. Давай Онищук просто Фарход.
Разинутый рот, Онищука был похож на Атлантический окиян.
— Жопа? Бублик?
— Короче называй меня или Фарход или там Фар, а то пока ты меня по моему званию длинному как китайская стена обзываешь, я успеваю забыть кто ты. Понял?
— Хорошо товарищ старш… ой Фарход, ты зачем так с ребятами обошелся? Они и так помучились, повоевали, опять мучились в окружении шли, а ты?
— Послушай, вот ты знаешь такой слово как бдительность?
— Да расслабься Фар, свои они пацаны.
— Вообще-то можешь меня, если тебе легче Быковым обзывать, это персонаж один, из сериала, ну несколько книг о нем написано, врач он, практикантов учит, которые после мединститута. У него шашни еще с главлепилой по фамилии то ли Сисесрач, то ли Кисегач. Говорят мне у нас характеры схожи, и хер с тобой, так вот насчет бдительности, ты знаешь, у немцев есть такое подразделение «Бранденбург» причем целый полк.
— Ну и что? У них этих полков как у собаки блох.
— Так этот полк, полк диверсантов, это раз, и они говорят все по-русски, причем очень хорошо. Они из прибалтийских немцев, из прибалтов ну и всяких других жертв абортов, что знают русский язык. Так вот, одним из очень решающих факторов, почему немцы гонят нас как участковый торговок, это тот самый полк.
— И что если немчура болтает по нашему, хотя подожди, они что в нашей форме диверсанты эти сраные по тылам шухер наводят?
— Ну ты не совсем дуб! Правильно они мочат гонцов и посыльных, перерезают связь, начальство наше отстреливают и так далее. То есть нарушают целостность процесса руководства. Усек Васек, хотя нет ты Петр.
— И ты думаешь, что это они? А как их поймать, сук-то этих?
— Самый простой путь, дай свой документ, и давай сравним с документом Ковалева.
Открываем, и что? У Онищука скрепки чуть тронуты ржавчиной, а у Ковалева ни хера, как никелевые.
— Ну чуешь разницу?
— Охренеть у них в документах скрепки из нержавейки?
— Да, стой это точно Хренденбурги, тащи этого пидора Ковалева Петруха и побыстрей.
Тут стали, раздеваться выстрелы, вытаскиваю ствол, досылаю пульку в ствол и мы с Петрухой бежим, на звуки выстрелов. Подбегаем к шалашу, а брандерхрены завалили обоих раззяв часовых и бежали. Один часовой еще жив, командую Онищуку чтобы достали каждого засланца абвера, сам склоняюсь, к раненному:
— Они суки немцы, когда сидели в шалаше, один наступил другому на ногу, и тот матюкнулся по немецки. Сабуров хотел его вытащить и проверить лучше, но тот Сабурова ножом, и я стал стрелять, а у них пистоли, и в меня они стрельнули, — тут у солдатика ртом пошла кровь и он умер. И я побежал туда, где раздевались крики и выстрелы, вот я лох, нет что бы сразу эти ксивы проверить, ХВилософ гребанный, уже двое погибли.
— Петро ложись, эта сука, там, где-то засела, стреляет справа, вон Васильева убил.
— Хорошо, вы отсюда будете постреливать, я обойду его сзади, а где остальные немчары?
— Далеко Фарход, то есть нигде, все, крышка им.
Я сперва отошел, где то метров 200 вправо, потом прошел метров 100 и начал заходить за диверСРАнта, но пригнувшись сперва, а то на пулю от своих можно нарваться. Потом пополз, все таки диверсы брандергамбургеры, подготовочка у них, учует меня, и одним движением руки я превращусь в недоразумение (хотя наврядли я ж ходячий «день сурка»). Ползу, слышу как немчик пуляет в наших, ну и наши в него тоже,
