Везучему парню, опять повезло, начитавшись Конюшевского и Конторовича, он попал в 1941. Но в отличии от героев первого и второго классика, наш главный герой простой среднестатистический парень, и потому ему придется просто воевать, за Родину и Сталина!
Авторы: Хабибов Фарход
в сто раз суровей.
А из вас, и других здравомыслящих германцев, будет создана армия настоящих немцев, которые будут воевать за свободу Германии от гитлеро-геббельсовского отродья. Ну и в конец своей речи хочу сказать, немного о истории: в средние века Ливонский орден пытался завоевать Древнюю Русь, результат отрицательный, поражение в конце концов привело к исчезновению ордена. Чуть позже на Русь пришел Чингисхан, и за ним его внук Батый, и они захватили Русь, но где теперь монголы, где потомки Чингисхана? В 1812 году так же как и гитлеровские войска сюда же по этим же дорогам пришел Наполеон, победивший всех в Европе, но и Наполеон так же не справился, мало того так же как и ливонцы, монголо-татары Наполеон растворился в истории.
У меня все, теперь с вами поговорит младший политрук Савельев, и расскажет что же такое советская страна, и как тут живут простые люди.
Устав, от монолога, сел рядом со Шлюпке, Савельев подошел к Хельмуту, и начал рассказывать о народном хозяйстве СССР. Хельмут почти синхронно переводил, иногда справляясь о смысле непонятого у Савельева, и потом дотумкав снова начинал переводить.
Шлюпке, похлопал меня по плечу и говорит:
— Начштаба из тебя все-таки был никакой Фарход, а вот комиссар неплохой. Но очень твоя манера говорить, похожа на Гитлера.
-Что? — Я поперхнулся, подавившись воздухом, — Бернхардт вы что, какой Гитлер.
— Так вы так же, почти в то же стиле, может если бы Тельман мог говорить так же, то и Гитлера бы не было. То есть это не хула вам, а похвала. И жесты, и мимика, и даже артистичные телодвижения, подтверждающие собой свои слова, Скажем, что-то среднее между Адольфом и Троцким.
— Ну, тогда спасибо, нашли с кем сравнить, с врагом рода человеческого и Троцким.
— Молодой человек, да оба люди не очень хорошие, зато у обоих талант оратора, и это надо признать.
Мимо проходили два бойца, по-моему, из ЗАР, и креативный Савельев позвал их, рассказать о том, как они жили до войны. Первый оказался Свиридов из Свердловска, второй якут Федоров. Сперва выступил Свиридов и рассказал как его семья жила до революции, и как сейчас (до войны, то есть), затем выступил Федоров и тоже рассказал о дореволюционной и современной жизни якута. Затем Савельев их поблагодарил, и они почапали дальше по своим делам. А Савельев умело подвел итог, типа вот как люди хорошо живут, надо и в Германии тоже устроить. А немцам понравилось, они потом почти полчаса, задавали вопросы Савельеву. Ток-шоу прервал помощник старшины, позвав немцев на обед, они как интуристы питаются первыми. Новоиспеченный взводный построил немцев и повел их строем на обед. Ну и я с Шлюпке и Савельевым тоже пошли обедать, на первое давали борщ, на второе перловку (вчера захватили до фигищи перлы, а то все горох, да горох).
И только мы стали переходить плавно на второе как вбежал Астемиров, что-то крича на чеченском, я вскочил и подходя спросил:
— В чем дело, что случилось?
— На них напали немцы, ребята окружены, просят помощи, — понятно на разведку значит, напали немцы, сделал вывод я.
— Где они, сколько немцев напало, ну говори. Или просто прочти радиограмму.
«Мы окружены, ведем бой, требуется помощь, до роты немцев. Находимся в квадрате 8 в разрушенном дворце, ждем, боеприпасов хватит на два часа. Онищук».
— Тревога, — сказал полковник, — всех командиров в штаб. — И побежал в штаб, за ним я, Шлюпке, Савельев, Хельмут и Гогнидзе (немцы обедали с ЗАР).
Мы только расселись в штабе как по одному стали забегать командиры.
— Товарищи, командиры, срочно необходимо выручать ребят, они ведут бой в 40 километрах, на помощь идут три взвода Ахундова, все броневики, и две «косилки» (вторую уже починили), всё вперед, на помощь товарищам. Комиссар идет командиром сводной группы.
Выбегаю, на ходу проверяю оружие, патроны гранаты, Маша бежит выдавать горючее и патроны про запас. Прошло пятнадцать минут и уже колонна в составе ганомага, трех грузовиков, двух «косилок» и пяти броневиков уходит на максимальной скорости. Водители едут, не разбирая дороги и не оберегая технику, товарищи погибают надо выручать, скорость максимальная, под 50 км/ч. Весь транспорт в тактических знаках какой-то немецкой дивизии, и все кто видны в форме вермахта, и наши бойцы, для стороннего наблюдателя куда-то спешащие вонючие оккупанты.
Осталось километр-два, слышны выстрелы, но видимо бой идет позиционный, так как выстрелы экономные, вот бухают карабины, бабахают гранаты, вот короткими очередями шпарят МП-40 (МП38), ППШ и МГ-34 и даже бухают люгеры-парабелы. Вот стоят немецкие грузовики, останавливаемся
