Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
Зубов не принимал участия в «разговоре» спутников, твердивших каждый свое. Нахмурив брови, он шагнул в сторону бледного юноши, нервно гладящего по плечам девушку, доверчиво спрятавшую у него на груди лицо. Но начальственным громам и молниям не пришлось обрушиться на неудавшегося самоубийцу.
– Это Ляля, – поднял на Валерия Степановича лучащиеся счастьем глаза Слава. – Оля Опанасенко…
* * *
– Это, конечно, замечательно, – вздохнул Владимир Леонидович, выслушав доклад подпоручика Полунина. – Еще трое геологов нам, конечно, не помешают, но…
Собравшиеся офицеры и гражданские понурили головы. Все было понятно без слов. Ненавистная Совдепия, от которой удавалось скрываться столько лет, добралась и сюда. Что с того, что это всего лишь несколько бродяггеологов? За первыми придут еще и еще. Окрепшая большевистская власть принялась рачительно перетряхивать отдаленные уголки, до которых не доходили руки у власти прежней, а значит, спокойному житьюбытью приходит конец.
– Можно выставить аванпосты на дальних подходах, – предложил ктото из офицеров постарше, впрочем, достаточно безнадежным тоном.
– И что это даст, Виталий Аполлонович? – тут же возразил ему другой. – Предлагаете отстреливать геологов, золотоискателей и прочих охотников до приключений? Или брать в полон? А на их поиски придут новые. И в конце концов мы привлечем пристальное внимание властей, которое завершится обнаружением прохода. Нет, посты – это не выход.
– Грамотно обороняя «дефиле», можно удержать целую армию! – запальчиво вскочил с места поручик Легостаев.
Молодые офицеры поддержали его одобрительным гулом – не нюхавшая пороха молодежь рвалась на подвиги, и погибший атаман Коренных сотоварищи был их настоящим кумиром. Но старшее поколение только качало головами.
– Удержатьто можно, – расправил седые усы полковник Зварич. – Только вряд ли красные будут тратить время на штыковые атаки. Получив первый афронт, они подтянут тяжелую артиллерию и через день обстрела вместо «дефиле» будут иметь торную дорогу. Вы бывали под обстрелом шестидюймовок, поручик?
– Но ведь болото… – пискнул ктото из молодых.
– Вы не знаете красных, сударь, – вздохнул полковник. – Они, если нужно, пройдут по телам своих товарищей. И пушки протащат.
– К тому же вы забыли про отравляющие газы, – подал голос ктото из гражданских. – Отряд Коренных они безжалостно закидали химическими бомбами с аэропланов. На всякие конвенции они плевать хотели, уверяю вас! Тем более против внутреннего, так сказать, противника.
Повисло гнетущее молчание.
– Что до пришельцев, – подал голос молчавший доселе невзрачный человечек, сидящий у самой двери, – то наивно полагать, что это будут лишь искатели приключений да геологические партии. – К северу от нас идет большое строительство. Мои люди добыли сведения о том, что большевики планируют там, в стороне от любопытных глаз, построить новый секретный завод. Возможно, для производства этих самых отравляющих газов. Уже вовсю тянут железнодорожную ветку, расчищают тайгу…
Информация была выслушана в полной тишине – начальнику контрразведки Новой России верили все.
– Работы на стройке и лесоповале ведут заключенные, – бесстрастно и негромко продолжал контрразведчик. – Пока что лагерь невелик – не более двух тысяч зеков…
– Каккак? – перебил говорившего один из офицеров. – Зеков, вы сказали?
– Большевики обожают аббревиатуры, – пожал плечами невзрачный. – Хотя коекто из них шутит в том смысле, что «зека» это «забайкальские комсомольцы». Черный юмор.
– И кто такие эти «зека»? – оторвался от размышлений полковник Еланцев. – Что они из себя представляют?
– Обычные каторжники, – с презрением бросил Зварич. – Большевистская власть не слишком далеко ушла от Николая Палкина. Уголовники, лишенные прав состояния и сосланные в каторжные работы.
– Вы не совсем правы, Николай Федорович, – покачал головой Крысолов – прозвище закрепилось за контрразведчиком и здесь. – Уголовники среди них, конечно, присутствуют – эта братия сохранится при любой власти, но большая часть – люди совсем другого пошиба.
– Неужели невинно осужденные? – хмыкнул ктото.
– Не только. Но есть и действительно невиновные.
– Как это может быть?
– У новой власти все может быть…
– Так можно всех посадить, – криво улыбнулся Еланцев.
– Далеко не всех. Пролетариата и крестьянства это пока не касается. А вот остальных… Сейчас их, кстати, принято называть врагами народа.
– Как при Французской революции?
– Примерно. Только тогда их ждал один путь – «бритва республики»,
