Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
Воры, насильники, мошенники. Даже убийцы. Думаю, что такой балласт нам не нужен. Еще какоето число – убежденные наши враги. Их брать с собой я тоже считаю излишним. Так что в сухом остатке полторы тысячи – тысяча двести человек.
– И как вы собираетесь отделять агнцев от козлищ? – хмыкнул Зварич, крутя в пальцах папиросу, но не решаясь закурить. – Зерна от плевел, так сказать?
– Это проще простого, Николай Федорович, – улыбнулся контрразведчик. – Большевики – большие бюрократы. Я бы сказал больше: бюрократия – это один из основных стержней, удерживающих их власть. И рискну предположить, что когданибудь их погубит именно бюрократия.
– Вы отвлеклись, – заметил Владимир Леонидович.
– Пардон… В канцелярии лагеря в образцовом порядке содержатся бумаги на всех без исключения зеков. Еще раз прошу прощения – на заключенных. Каждому присвоен порядковый номер, который значится на нашитой на одежду бирке…
– Дааа… Комиссары далеко ушли от ваших коллег, – Зварич не желал оставлять язвительного тона, впрочем, своего обычного.
– Прошу прощения, – мягко заметил Крысолов, но глаза его нехорошо блеснули. – Но я хочу вам заметить, Николай Федорович, что никогда не имел отношения ни к полиции, ни к судебному департаменту.
– Разумеется. – Все знали, что Зварич никак не мог простить своему оппоненту того, что он не смог доставить в Новую Россию его отца, отставного адмирала Зварича. – Вы же носили лазоревый мундир!..
– Не ссорьтесь, господа! – пристукнул ладонью по столу генералгубернатор. – Нашли время, право!
– И место, – буркнул Привалов, пронзенный сразу несколькими взглядами.
Повисло молчание.
– И каким образом мы сможем… ээ… дать им свободу? Возьмем штурмом лагерь? Он, вероятно, хорошо охраняется…
– Да, – кивнул контрразведчик. – Несколько десятков солдат, вооруженных винтовками. Есть и пулеметы. На вышках.
– Вот видите…
– Вопервых, пулеметы рассчитаны не на нападение извне, а на бунт среди заключенных, – последовал спокойный ответ. – Красные полагают себя здесь, вдалеке от внешних границ, в полной безопасности. А, вовторых, они окажутся меж двух огней.
– И кто же поднимет бунт? – Зварич оставался верным себе. – Вы располагаете там столь надежной агентурой?
– Располагаю. Но полагаться на нее не буду. Бунт организую я сам.
– Каким образом? У вас не каторжный вид.
– Вы полагаете? – Крысолов с улыбкой провел ладонью по впалым щекам. – Но и этот цветущий облик придет в норму после недельки строгого поста и соответствующего грима. Кстати, в предыдущие мои посещения лагеря никаких подозрений я не вызвал.
– Вы там были? – не сдержал эмоций Модест Георгиевич. – Вы же рисковали жизнью!
– Рисковать жизнью, – пожал плечами контрразведчик, – моя профессия…
В дверях Владимир Леонидович задержал Крысолова.
– Это даже не риск, – сказал он, глядя в сторону. – Это авантюра, Сергей.
Далеко не все в Новой России знали, как зовут человека, обеспечивающего ее безопасность. И никто не отважился бы назвать его просто по имени. Кроме друга детства.
– А что не авантюра, Володя? – улыбнулся тот. – Вся наша жизнь авантюра.
– Ты серьезно уверен, что мы сможем это сделать?
– На двести процентов. И, кроме того…
Крысолов замялся.
– Там есть один человек, который нам поможет.
– Кто?
– Ты его хорошо знаешь.
Владимир Леонидович выдержал пристальный взгляд друга.
– Неужели…
– Живой, контра? – хрипло раздалось над ухом, и человек, лежащий на нарах, медленно поднял веки.
– Живой еще, комиссар, – он старался говорить тихо, чтобы не разбудить спящих рядом.
– Пойдем, дело есть…
Человек осторожно спустился с нар и прошаркал самодельными ботами с подошвами из старой автомобильной покрышки за почти неразличимой в темноте тенью. Двери в барак полагалось запирать, но здесь, в сибирской глуши, охранники смотрели на предписания устава караульной службы сквозь пальцы: куда здесь было бежать несчастным зекам, большинство из которых родом из Центральной России? Да и окружающее лагерь с трех сторон болото не слишком способствовало побегу. Вот через годикдругой, когда будет закончена сеть дренажных канав, над которой сейчас по пояс в воде бьются заключенные, уровень грунтовых вод упадет и просохнут торфяники… А пока что ни одной попытки побега не было. Даже зимой, по сковывавшему трясину на добрых полтора метра льду, полностью оттаивавшему только к концу мая – июню.
Чуть притворив едва скрипнувшую
