Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
сосен, вышли к обгоревшему, видимо, когдато пораженному молнией одинокому дереву, росшему на самом берегу болота.
– Быстро выламывайте слеги, – последовал приказ. – Время дорого.
– Так брод же.
– Брод бродом, а лезть в болото наобум – дурость. Шевелитесь – в любой момент могут шум поднять!..
* * *
Полдень застал вымотанных трудным переходом беглецов посреди болота. Оно сильно обмелело за последний год, но все равно большую часть пути пришлось брести по колено, а то и по пояс в ледяной жиже, и каждый шаг давался с трудом.
– А вы не думали, Валерий Степанович, – вдруг окликнул шедшего впереди начальника спектрометрист, – что там, за горой, мы еще недавно только карабкались на кручу.
– С чего вы это взяли?
– По высоте солнца определил. Выходит, мы одновременно находились и тут и там?
– Не забивайте себе голову парадоксами, Лев Дмитриевич – поберегите дыхание…
Мякишев плелся позади всех, и мотало его из стороны в сторону, будто пьяного. Казалось, что вместо тощего «сидора» у него за плечами многопудовый груз.
«Кто бы мог подумать, что здоровенного мужика так укатает переход по болоту? – обернулся к нему Зубов. – В прошлый раз он впечатления хлюпика не производил. И тащил тогда, не в пример сегодняшнему, гораздо большую поклажу – шанцевый инструмент, приборы…»
– Давайте помогу, Мякишев, – подождал он, пока мужик поравняется с ним. – Снимайте мешок.
– Вот еще! – шарахнулся тот, едва не упав в грязь. – Сам понесу!
«С чего я взял, что он хлюпик, – подумал Валерий Степанович с невольным уважением. – Мужественный человек – сам несет свою ношу, не хочет других нагружать…»
– Дайте хоть винтовку.
– Донесу… – пыхтел тот, едва переступая трясущимися ногами. – Сам донесу…
– Ну, как знаете.
Первым финиш увидел Зельдович, идущий впереди.
– Там, – задыхаясь, махнул он Зубову рукой и сел прямо в грязь. – Дома…
– Откуда здесь могут быть дома?.. – Валерий Степанович и сам бы с удовольствием рухнул сейчас наземь, без разницы – на сушу ли, в болото ли. – Посреди трясины…
Подслеповатые глаза не подвели Льва Дмитриевича – за стеной камыша начальник экспедиции тоже разглядел какието строения, на поверку оказавшиеся деревенскими избами.
– Не стоит, наверное, в деревнюто лезть, – пробормотал спектрометрист. – Прямо напротив брода живут – не могут не знать про Запределье… Выдадут нас.
– В любом случае нужно идти. Обходить придется слишком долго. Вы едва дышите, Мякишев вообще на ногах не стоит. Я пойду первым. Если что – уходите болотом…
Страхи оказались напрасными. Избы, густо облепившие оконечность узкого и длинного мыса, поросшего редким сосняком, угрюмо смотрели на пришельцев пустыми провалами окон, а улиц не было видно изза густой и высокой болотной травы, заполонившей все вокруг. Только узкая тропка вилась от брода мимо домов и терялась в соснах. Видимо, ей пользовались посланцы Новой России, старающиеся не оставлять лишних следов.
Беглецы выбрали для отдыха один из болееменее сохранившихся домов поблизости от леса, чтобы, если из болота ктонибудь появится, без промедления скрыться. Снаружи избы выглядели еще болееменее и казались покинутыми не так давно. Но стоило открыть разбухшую дверь и шагнуть за порог, стало ясно, что люди здесь не живут как минимум лет десять, если не больше. Доски пола, покрытые плесенью, даже не скрипели, а опасно хрустели под ногами, по углам фестонами росли древесные грибы, а замшелый потолок провисал, грозя рухнуть в любой момент. Зато русская печь, казалось, только и ждала, когда в ее топку подбросят дров.
– Не разгорается совсем, – посетовал Зубов, пытаясь запалить сырые дрова: во дворе обнаружилась изрядная поленница, перевитая вьюном и поверху уже поросшая травой – наверное, единственное из имущества, которое хозяева не забрали с собой. – А спичек мало.
Он пробовал подсовывать под поленья листы, вырванные из тетрадей, захваченных с собой, но те, отсыревшие во время болотного перехода, тоже лишь шипели и тут же гасли, стоило убрать спичку.
– Лучины нащепите, – подал дельный совет Лев Дмитриевич, блаженно растянувшийся на полу. – Вон, от косяка дверного. В домето древесина посуше.
Легко сказать «нащепи». Валерий Степанович с досадой порылся по карманам и понял, что в суматохе забыл в недосягаемом уже «запредельном» жилище свой перочинный нож – преполезнейшую в походном быту вещицу с двумя десятками различных лезвий. А иного оружия почетным пленникам не полагалось, даже столовые ножи были короткими и тупыми.
– У вас есть нож?
– Откуда? – спектрометрист умудрился выразительно пожать плечами в лежачем положении. – Может, у вас есть? –
