Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
а до Берлина – поближе будет.
– Это верно, – вздохнул Тарас, кладя другу руку на плечо. – Только далече еще топатьто…
Заканчивался второй год Великой войны, и до Берлина еще оставалось столько же – еще целых два года смерти, крови и лишений. И побед. Малых и больших, личных и общих, тех, что сложатся в далеком еще мае в одну – Великую…
Мужчина средних лет с чемоданчиком в руке и длинным брезентовым чехлом сошел на перрон Кедровогорского вокзала с поезда Москва – Владивосток ранним августовским утром. Несмотря на цивильный костюм, летний, кремового цвета плащ и шляпу на голове, за человека гражданского его принял бы только слепой.
– Здравия желаю, – отдал честь бывшему военному милиционер, проходивший мимо.
Тот автоматически ответил тем же, прикоснувшись к шляпе.
– Не привык еще, – смущенно улыбнулся он старшине. – Как надел форму в сорок первом, так двадцать с лишним лет и не снимал почти.
– В отпуск к нам? – кивнул на вещи милиционер.
– Ну да. Поохотиться, порыбачить… Говорят, рыбалка знатная у вас тут.
– Что есть – то есть. Документики позвольте, гражданин.
– Конечно, – приезжий с готовностью полез во внутренний карман плаща.
– Вешников Александр Геннадьевич, – прочел вслух блюститель порядка. – Полковник… Виноват, товарищ полковник, служба такая!
– Ничего, старшина, я все понимаю. Где тут у вас можно остановиться…
* * *
– Дальше не могу, – водитель «зилка» развел руками. – Не по пути нам с вами. Мне прямо – на карьер, а вам – сюда, – он указал Александру на вьющуюся между соснами тропинку. – Да тут ничего всего – километров пятнадцать.
– Да, по вашим меркам – совсем пустяки, – рассмеялся полковник, суя шоферу смятую трешку.
– Не, не возьму, товарищ полковник! – помотал головой рыжий веснушчатый парнишка. – Совесть потом заест, что у такого заслуженного человека деньги брал!
Не слушая возражений, шофер вскочил в кабину и умчался, пыля по грунтовке.
«Эх, испортила тебя столичная жизнь, – пожурил себя Вешников, перебрасывая пыльник через руку. – Привык, что в Москве без трешки или пятерки – никуда…»
Ему не верилось, что до того места, увидеть которое он мечтал с самой юности, осталось всего ничего. Что такое пятнадцать километров по сравнению с тысячами фронтовых верст и десятками тысяч, что пришлось исколесить после войны.
«А ведь все походит на описанное в том дневнике, – думал он, шагая по сосновой гриве, выступающей над заросшей осокой равниной. – Только болото, похоже, высохло совсем. И немудрено – двадцать лет прошло…»
Бывший мыс закончился у заброшенной деревушки. Впрочем, не совсем заброшенной…
– Доброго здоровьечка, дедушка! – поприветствовал путешественник седобородого старика, копошившегося в огороде у самой ближней к лесу избы.
– И тебе не кашлять, внучек, – буркнул тот, опираясь на черенок лопаты. – Чего надо?
– Не слишком гостеприимно, – улыбнулся Александр, ставя чемодан на траву и прислоняя к нему чехол с удочками и ружьем. – Я отдохнуть в ваши места приехал. Места тут у вас, говорят, знатные.
– Чего уж тут знатного, – дед снова принялся за прерванное дело. – Болото – оно и есть болото. Да и высохло к тому же – ни рыбы, ни дичи. Зря время убьешь, сынок.
– Говорят, тут озеро гдето поблизости есть, – полковник отмахнулся от пчелы, норовящей усесться на лицо, – аромат одеколона «Шипр» показался ей привлекательным.
– Кто говоритто? – зевнул старик. – Сколь лет живу, а не слыхал о таком.
– Говорят, горы там какието рядом.
– Горы? В болоте? Не смеши ты меня. Речки есть. Да только до них топать и топать.
– Покажете?
– Какой из меня ходок… – дед продолжал ожесточенно вгрызаться в землю. – По карте разве что… Карта у тебя имеется?
– Чего нет, того нет. А нельзя ли, дедушка, здесь остановиться?
– Останавливайся, – старик равнодушно кивнул на покосившиеся срубы через заросшую травой «улицу». – Жилья свободного полно.
– Да ведь ни крыш, ни окон.
– А ты надеялся санаторий здесь найти? С горячей водой и теплым клозетом? Палатку зачем взял? – зоркий дедок углядел тючок с палаткой, притороченный к чехлу. – Вот ставь ее и живи на здоровье.
– На постой, стало быть, не пустите?
– Не пущу.
– И за деньги не пустите?
– А на кой ляд мне тут твои деньги? У медведей водку покупать? – блеснул старик изпод усов крепкими, совсем молодыми зубами. – Я и про реформуто узнал поздно – так и пожег старые деньги в печке.
Дед покопался еще в земле и заявил:
– Из кержаков мы. Слыхал про таких? Нам с чужими под одним кровом нельзя. Ни жить, ни естьпить с одной чашки. Ты набалуешься
