Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
– А мы новую найдем, – беспечно бросил Лазарев, потягиваясь. – Эка невидаль… Желтобрюховский прииск, поди, не один в округе был.
– Тоже верно, – согласился Павел, бросая самородок в кучку и устраиваясь рядом с уже сладко похрапывающим другом.
С хмурого неба опускались первые снежинки, а под прикрытыми веками продолжал колебаться в мутной воде лоток. Взадвперед, взадвперед…
* * *
Золото оказалось легче добыть, чем реализовать.
Нет, будь друзья моложе и нетерпеливее, они тут же бросились бы искать барыг, скупающих золотишко. Несмотря на все запреты, кедровогорцы еще не забыли дедовских рассказов о баснословных богатствах, лежащих по берегам рек и речушек, которыми изобиловали окрестности. Старательский зуд в их душах был ничуть не легче, чем врожденная тяга к охоте, рыбалке и выпивке на халяву.
То тут то там всплывали сплетни о какомнибудь ЛешкеНанайце или Степане Ивановиче, намывшем «совсем рядом, километрах в пятидесяти» от города полкило золота всего за какуюто неделю. Воочию добытого богатства, разумеется, никто не видел, да и самого счастливчика – тоже, но рассказчик, всегда воровато оглядываясь и понижая голос, сообщал доверительно, что кум его двоюродного брата…
Правоохранительные органы, как им и полагается, были осведомлены лучше, и частенько какойнибудь ЛешкаНанаец, после короткого следствия и суда повесив буйну головушку, снова отправлялся в тайгу, правда, на больший срок и гораздо севернее, чем обычно. И тем не менее черный рынок золота в городе существовал, правда, контролировали его, как и торговлю цветами, фруктами и наркотиками, жгучие брюнеты с очень дальних гор. Конечно, с этой публикой, что в погонах, что в кожаных косухах, друзьям не позволяло общаться воспитание.
Короче говоря, золотишко стали сбывать подальше от дома и сугубо мелкими партиями – граммов по пятьдесятсемьдесят за раз. У одного из дальних родственников Пашки, проживающего в Новосибирске, нашлась пара приятелей в еще более отдаленных городах… Как по заказу, все трое оказались почемуто практикующими на дому зубными техниками, хотя Безлатников клялся и божился, что национальность тут совершенно ни при чем.
Чтобы еще более обезопасить себя, друзья решили было переплавлять самородное золото в слитки, благо в Костином цехе имелся весьма продвинутый термический участок, но дальше первого, удачного опыта дело не пошло. Дотошный Павел взвесил получившийся слиток на точнейших лабораторных весах и едва не упал в обморок – вместо ожидаемых пятидесяти граммов тот едва дотягивал до сорока пяти. Бросились рыться в литературе и выяснили, что золото при плавке на открытом воздухе дает угар
до 12 процентов от первоначальной массы! Вакуумных печей в распоряжении старателей не оказалось, поэтому от металлургических экспериментов было решено срочно отказаться. Тем более что выплавленный слиток, который едваедва удалось выколотить из формы, на вид оказался еще непригляднее исходного материала. Если бы не увесистость, он точьвточь походил бы на бракованную латунную заготовку.
Однако худобедно, а денежки у первопроходцев завелись, рождая в душах мечту о будущем богатстве и благосостоянии…
Естественно, сложа руки, ни тот ни другой не сидели, а все свободное время посвящали подготовке к будущему сезону.
Никогда еще Константин самым воровским способом не выносил с родного завода столько разнообразных деталей, выточенных, отштампованных и отлитых по чертежам неутомимого Пашки, работающего с интенсивностью небольшого конструкторского бюро очень широкой специализации. Дошло до того, что, дабы не возбуждать подозрений у сметливых заводчан, заказы пришлось размещать в разных цехах, а то и в мастерских за пределами завода, так как все ресурсы вранья у обоих заговорщиков истощились напрочь. Ну не будешь же талдычить в двадцатый раз токарюумельцу, что данная замысловатая деталюшка позарез необходима тебе для движка родной «нивы»? Не дурак же он, несмотря на пристрастие к «беленькой» в конце концов!
Одновременно правдами и неправдами добывалось оружие. Опятьтаки не в Кедровогорске и уж, конечно, не своими руками…
Неужели, спросите вы, друзьям показалось мало верного карабина и двух дробовиков? Еще как мало!
Начать с того, что к карабину системы Мосина (дада, не слишком дальнего потомка той самой – образца 1891 дробь 1930
знаменитой «трехлинейки») патроны отыскать в наше время не проще, чем к какойнибудь экзотической «Астре», состоящей на вооружении парагвайских войск до 1950 года. А ведь всего лишь за одну экспедицию Константин сократил свой
