Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
в татуировки Ломадзе. – Вы ведь вор в законе. Как это порусски?.. Авторитет?
Гиви нерешительно кивнул.
– Можно вообще передать вас грузинской полиции. Вы ведь родились в Грузии?
– Нет, лучшэ в Россию…
– Без проблем. От вас требуется лишь небольшое интервью.
– На какую тэму?
– Меня интересует все, связанное с золотом, нелегально доставляемым из России по контролируемому вами каналу…
Егор ворвался в огромную приемную, стремительно пересек ее, на ходу сделав ручкой рефлекторно подскочившей на месте секретарше, одарил ее своей неотразимой белозубой улыбкой (зря, что ли, столько трудились заморские стоматологи) и повернул ручку массивной двери кабинета.
– Айяяй, Митя, как не стыдно!
Владелец роскошного кабинета, оказавшего бы честь апартаментам иного европейского президента или монарха, был застигнут врасплох за делом, откровенно недостойным человека такого высокого ранга…
Он играл на компьютере!
Дада, словно какойнибудь мальчишка, «владелец заводов, газет, пароходов», раскрасневшись, «мочил» на огромном плоском мониторе компьютера всякого рода нечисть, деликатно повизгивающую и воющую вполголоса, дабы ненароком не выдать своего хозяина. Громкость динамиков была выведена почти на минимум.
Невысокий черноволосый мужчина в расстегнутой на две пуговицы белоснежной сорочке и дорогом перламутровом галстуке, болтающемся, по меткому выражению остряковангличан, «гдето под правым ухом», был увлечен настолько, что совершенно не заметил вторжения. Даже на укоризненную реплику, брошенную пришельцем, он отреагировал далеко не сразу, предварительно загнав ловко уворачивающегося от бензопилы рогатого подранка в угол и сладострастно расчленив там на бефстроганов. Лишь после этого он вздрогнул и обернулся, суетливо приводя свой внешний вид в относительный порядок.
– Аа… Это ты… – расслабился Митя, отпуская пуговицу, которая никак не желала проходить в узкую петлю. – В пещере родился, что ли? Стучать тебя в детстве не научили?
– Ойойой! Какие мы грозные! – Егор рухнул в жалобно скрипнувшее под его литой фигурой кресло и закинул ноги на низкий столик, заставив хозяина недовольно поморщиться.
– Туфлито мог и вытереть… Я, бывает, за этим столиком кофе пью. Для сведения…
– А секретаршу на нем случайно не валяешь?
– Нет. Не валяю. Для этого более удобные места есть.
Хозяином кабинета являлся не кто иной, как Дмитрий Михайлович Зильбершток, глава холдинга «Плутон», раскинувшего сеть своих интересов так широко, что большинство даже самых высокопоставленных его сотрудников терялось в догадках, до каких пределов она простирается. Егор, он же Георгий Владимирович Колыванов, относился как раз к меньшинству. Даже к самой верхушке этого меньшинства. Он знал о черных, белых, серых и вообще бесцветных интересах «Плутона» все.
Как же могло быть иначе, если именно эти два человека, тогда никому еще не известные молодые кандидаты наук, без малого двадцать лет назад создали тот самый кооператив, которому предстояло «разбухнуть» до таких сверхъестественных масштабов. Конечно, в далеком восемьдесят восьмом, на излете горбачевской перестройки, ни о чем подобном нищие сотрудники зачуханного оборонного НИИ и не мечтали…
– Верю! – легко согласился Егор. – Тем более что и некогда тебе… Мир в опасности!
– Аа, ты про это… – Зильбершток смущенно отключил монитор, где все еще содрогались останки распиленной твари, чудовищно живучей на поверку. – У Левки своего отобрал. Совсем уже парнишка с катушек слетел: дни и ночи над стрелялкой этой просиживает…
– Правильно. Весь в папашу! До какого уровня хоть дошелто?
– Лёвка? До шестнадцатого.
– Ты до какого, геймер престарелый!
– До третьего…
– Помоему, ктото из вас, господа Зильберштоки, не на своем месте.
– Много ты понимаешь! Там такой лабиринт хитрый есть…
– Всевсевсе! – поднял обе руки Колыванов. – Про лабиринт какнибудь потом. Есть дела и понасущнее.
Дмитрий Михайлович насторожился.
За долгое свое знакомство с этим индивидуумом он успел убедиться, что Егор имеет феноменальное чутье на выгодные операции. Другое дело, что к воплощению выигрышной идеи в жизнь, кропотливому труду и всему тому, что называется «деловой хваткой», Колыванов не имел ровно никакой склонности. Он мог месяцами ничего не делать, болтаться по ночным клубам или валяться на очень и очень недешевых курортах, вообще исчезать из поля зрения, не откликаясь на телефонные звонки и эсэмэски, но уж когда его интуиция срабатывала…
Именно поэтому и просуществовал так долго этот тандем, хотя Егор
