Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
порой втравливал «Плутон» в такие авантюры, что любой другой босс на месте Зильберштока давно бы избавился от подобного компаньона. Да и он, честно говоря, не раз и не два был в какомто шаге от такого решения… Если он до сих пор и не поддался искушению, то это только потому, что огромные барыши, приносимые нелогичными с виду идеями и дикими по своей запутанности «схемами» Колыванова, с лихвой покрывали и истрепанные нервы, и бессонные ночи…
Правда, в последнее время нервотрепки стало поменьше, поскольку «эпохальные» озарения посещали Егора все реже… Да ведь и предел есть какойто: трудно ведь найти цель, способную свернуть с проторенного пути монстра, ворочающего десятками зеленых миллиардов. Он вообще на внешние раздражители реагирует с трудом, будто допотопный бронтозавр. Хотя бы и на изменение конъюнктуры мирового рынка нефтепродуктов…
Бронтозавр тоже, кстати по слухам, имел два мозга: основной – в голове и запасные, сами догадайтесь, где… Не оттуда ли пошла поговорка: «Ж… (этим самым) чую!»
Это ведь именно «мозговой центр» тандема нашел иную точку приложения сил и средств «Плутона», когда обалдевшие от «нефтяной горячки» компании рвали друг у друга месторождения, не жалея ни средств, ни крови, и казалось, что такая «пруха» никогда не кончится… Тогда, на пике «горячих денег», большинство коллег смотрели на Зильберштока, уступившего часть своих нефтяных активов конкурентам (за оччень приличные деньги, но уступившего), как на сумасшедшего. Ему даже пророчили скорое банкротство, но после «Черного Октября» рты недоброжелателей разом закрылись.
– Нуну, чего там ты притащил в клювике?..
– Столько притащил, что ты и представить себе не можешь.
– Не могу? – недоверчиво хмыкнул предприниматель, почесывая кончик своего выдающегося во всех отношениях носа. – Нуну, попробуй, потряси…
– Ты еще скажи: «У тебя три минуты, чтобы меня заинтересовать»!
– Да брось ты… Какие там еще минуты… – смутился Зильбершток. – Выкладывай давай…
Дмитрий Михайлович выбрался изза своего массивного стола и перекочевал в такое же кресло, которое уже занимал Егор. По пути он прихватил из бара бутылочку горячительного, рюмочки и нарезанный лимончик, чтобы скрасить скучноватые деловые подробности, которых ожидал: при всей живости характера и образности речи рассказчиком «мозговой центр» был аховым, и на его путаной и косноязычной «лекции» обычно легко можно было заснуть.
– Тебе наливать?
– Как, Митя, ты относишься к научной фантастике? – вместо ответа начал издалека Колыванов…
Увы, про выпивку хозяину кабинета было суждено сегодня вспомнить не скоро…
* * *
– Ну чего ты?
– Иду, иду…
– Идет он! Короче!..
Друзья пробирались «околицей» палаточного городка к вожделенному косогору, где в высоте чуть теплился слабенький огонек – условный сигнал.
Вчера после обеда неожиданно прибыла целая колона крытых брезентом грузовиков. «Гоблины», появившиеся из той дыры, куда сейчас добирались ребята, споро установили подвесной транспортер на уже имеющиеся блоки, а целых три роты мотострелков поставили на разгрузку.
Почти до самой темноты казавшийся бездонным проем глотал и глотал надежно застропленные ящики, тюки и металлические бочки, а потом принялся возвращать другие ящики, поменьше, тщательно обшитые брезентом и тяжелые, будто их до самых краев заполнили свинцовой дробью. Загрузили этой тяжестью всего два грузовика, а остальные ушли порожняком, но пронесся слух, что на следующей неделе будет замена. Мотострелковде сменят внутренние войска, а нынешнюю охрану отправят «домой» в казармы Кедровогорска. Дальше пошли уж совсем небылицы о сокращении срока службы мужественным солдатам вдвое, то есть «дедов» сразу отправят на дембель и так далее, но этому уже никто не поверил. Смутно болтали чтото насчет радиации и всего такого, но доверяли этой бредятине лишь самые мнительные или глупые.
– Держи карман шире! – бурчал Володька, скользя в тени палаток. – Ты еще на орден губеху раскатай! Дембель… До дембеля еще попахать придется.
– А если действительно облучимся?
– И что с того? Когда Чернобыль бабахнул, бате тоже до дембеля полгода оставалось, а часть их как раз в той зоне стояла… Ну, которую накрыло всей этой фигней. И фига с два! Ни на день раньше не отпустили, наоборот, еще до декабря проторчал потом в карантине, пока замену прислали…
– А ты в каком месяце родился?
– В сентябре… А чего? Ты же знаешь!
– Вот от того, наверное, такой умный и получился.
– Чегоо?.. Прикалываешься, блин?
– Да нет – всерьез…
Сергей собирался развивать свою мысль о некоей мутации, породившей такого не по годам мудрого хлопца,
