Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
ним, проступая через роскошные дубовые панели здешнего Овального кабинета вставали огромные, до краев наполненные ужасом голубые глаза безымянной девочки. Девочки, имя которой он так и не мог вспомнить. Глаза миллионов девочек и мальчиков, обреченные испариться от нестерпимого жара русских водородных бомб, превращяющих в пепел тысячи американских городов.
«Может быть, плюнуть на этот Парадиз, снять телефонную трубку и позвонить Сергееву? В конце концов, действительно, и нам, и русским этого мира хватит с лихвой. К чему рвать друг друга за горло, как шелудивые псы изза кости, найденной в помойке? Ведь еще не поздно…»
Поздно. Слишком многое поставлено на карту. Слишком многим пришлось пожертвовать. Штаты не простят своему президенту поражения.
– Что там Парадиз? – хрипло произнес Вельд, не отрывая взгляда от причудливого переплетения линий на полированном дереве. – Новости?
– Ничего нового, – ожил один из советников, сидящих поодаль словно стервятники, нахохлившиеся в ожидании смерти грозного льва, издыхающего на их глазах. – Портал попрежнему закрыт. Наши люди держат постоянную связь.
– Русские?
– Русские тоже ничего не предпринимают. Никакого движения. Сонное царство, – попытался пошутить лысоватый плотный чиновник в темносинем костюме.
Президент снова надолго замолчал, и шутник снова нахохлился.
«Эх, Джерри, Джерри… Как мне тебя не хватает, – в сотый раз пожалел об отсутствии друга Вельд. – И какой черт понес тебя в этот Парадиз?..
А что, если русские всетаки нашли способ открывать и закрывать портал, когда им заблагорассудится. Чтото там такое было в отчете этих яйцеголовых, что бились над загадкой перехода в иной мир…»
– Лейтон, – бросил президент через плечо. – Подойдите.
Тощий, похожий на журавля молодой человек приблизился и, повинуясь небрежному жесту, сел в глубокое кресло перед главой государства.
– Сообщите мне суть последнего доклада исследовательской группы по порталу.
– Ммм… Профессор Ставорски сообщал, что его группой в створе Портала зарегистрировано некое излучение неизвестной ранее природы. Для человека предположительно безвредное.
– Искусственное?
– Ммм… Предположительно искусственное, хотя…
– Довольно. Что это значит? Выводы.
– Вполне вероятно, что проход в иное измерение открывается благодаря именно этому излучению, вступающему во взаимодействие с природными магнитными полями… Существует гипотеза, что метеорит, при взрыве которого образовался кратер… озеро… попрежнему находится под толщей осадочных пород…
– И это излучение?..
– Индуцирует некий процесс, открывающий переход между мирами.
– Довольно. Излучение действительно искусственное?
– На семьдесят пять процентов это можно утверждать определенно.
«Значит, всетаки русские… Понятно, почему они сидят тихо, как мыши… Черт! У них в заложниках двести тысяч американцев! Имей я такие козыри – тоже выжидал бы…»
– Обеспечьте мне связь с русским президентом. Немедленно…
«Рэйчел Фортинг, – внезапно всплыло у него в мозгу давно забытое имя. – Девочку звали Рэйчел Фортинг. Она до смерти боялась разных жуков и вечно таскала в школу целый портфель кукол… На выпускном балу я танцевал с ней вальс…»
* * *
Президент открыл глаза и долго не мог понять, что его разбудило. Часы на стене спальни утверждали, что проспал он всего какихто двадцать минут, но ощущения были такими, словно сон длился не менее двенадцати часов.
«Может быть, я сутки проспал?..»
Нет. Попрежнему шкуркой полинявшей гремучей змеи свисает со спинки стула галстук, валяется посреди пола сброшенная туфля… За сутки вездесущая обслуга, движущаяся бесшумно и незаметная, как тени, несомненно, привела бы все в порядок.
Сон…
Обычно президент с трудом помнил увиденное во сне. Чтото там с особенностями психотипа… Но сейчас…
Ему снова пять лет. В квартире погас свет, и он с плачем бежит в коридор, чтобы переждать ужас при отсветах, падающих с лестничной площадки. Но небольшая хрущевская «полуторка» внезапно превращается в огромный замок, темный лабиринт, за каждым углом которого ждет невидимая, но от этого не менее страшная неизвестность. Ежесекундно ожидая, что когтистая лапа вопьется в плечо, а мягкое щупальце сдавит горло, он бежит и бежит вперед, давясь слезами. А тьма все не кончается и не кончается…
И вдруг впереди знакомо гремит ключ в замке и распахивается дверь.
– Сыночка! Маленький! Ты чего плачешь? Темно? Не плачь, пойдем…
Мама, милая мама… Спасительница и волшебница…
Она распахивает дверь на лестничную площадку… Нет, не на площадку, а на огромный, залитый
