Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
в полной мере оценить умственные способности данного представителя приматов. Может быть, при жизни он имел некоторые интеллектуальные способности, а может быть – был не умнее африканской гориллы. Имея единственный мертвый экземпляр, судить об этом трудно. Крестьянин даже не мог толком объяснить, как двигался этот примат, – прямо, как человек, или опирался руками о землю, как человекообразная обезьяна…
– А не может это быть… гмм… проявлением мистических сил?
– Сергей Львович! Мне стыдно за вас! Ну, ладно, простительно неграмотным мужикам верить в леших и прочую нечистую силу, но выто – образованный человек! Что вы нашли в этом бедном существе мистического? Вы же присутствовали при вскрытии!
– Я ничего такого не хотел сказать… – смешался смущенный таким напором Манской. – Да, вроде бы животное как животное… Но не смущает ли вас, профессор, череда странных напастей, обрушившихся на Новую Россию в последнее время? Саранча, засуха, мороз, детская чума… Это вот существо, по словам крестьян, убившее нескольких коров…
– Глад, мор и семь казней египетских! – сверкнул стеклышками пенсне Привалов. – Могу вас заверить, сударь, что никакой связи между всем перечисленным вами нет и никогда не было. Стечение обстоятельств – не более того!
– Как знать, как знать…
– И к тому же я не совсем уверен, что убийцей коров был именно этот примат! Строение его зубов доказывает, что существо это, как и человек, предпочитает растительную пищу.
– А клыки?
– Что клыки? Разве у нас с вами их нет? Да, обезьяны, как и люди, всеядны. При случае африканские бабуины могут убить и растерзать антилопу. Но чтобы целенаправленно охотиться на крупный рогатый скот… Скорее всего, это был обыкновенный медведь.
– Как знать, – еще раз пробормотал ротмистр.
На душе у него было неспокойно…
– Эй, наверху! Хватит спать!
Дюжина вьючных лошадей появилась у каменистой осыпи к вечеру, когда длинные тени окружающих сосен почти скрыли ее в густой тени. Предводитель маленького каравана споро вскарабкался по сброшенной ему сверху веревочной лестнице.
– Сколь раз тебе говорено, – казачий хорунжий, помятый, словно и впрямь дрых без задних ног, долго придирчиво изучал протянутые ему бумаги: караванщика он давно и хорошо знал в лицо, но порядок – прежде всего. – Не вываливать всем гамбузом под Врата – остановитесь версты за полторы, пошлите гонца… Инструкции для кого писаны?
– Не серчай, Заманюк, – выдубленный солнцем жилистый мужичок достал изза пазухи плоскую фляжку и протянул караульному. – Лучше дерни для куражу.
– На службе не потребляю, – с видимым сожалением отстранил флягу казак. – А кураж мне тут ни к чему. Вот напрут следом за тобой краснож…е – тогда и покуражимся, – похлопал он ладонью по щитку «Максима», уставившего тупое рыло в сторону мирно щиплющих травку лошадей.
– Степан! – окликнул он одного из казачков, от безделья драившего суконкой и без того чуть ли не зеркальное голенище сапога. – Сгоняй на ту сторону – пусть мне сюда инспектора этого вызвонят.
К «дефиле» давнымдавно был проложен телефонный кабель, но связаться можно было только от внутреннего устья скального прохода. Стоило протянуть провод до внешнего – связь таинственным образом пропадала. И сколько ни бились умные головы Новой России над этой проблемой – решения ее в ближайшем будущем не предвиделось. Инженер Гаврилович, ведавший в том числе и коммуникациями, уповал на радиостанцию, но изза несовершенства этого вида связи пока обходились тем, что есть. Кстати, никаких сигналов радиоприемник, собранный им собственноручно, за Вратами не принимал. Перед ними, во внешнем мире, – сколько угодно, включая радиостанцию «Коминтерна», а внутри – только шумы и помехи. Вот и приходилось пользоваться комбинацией прадедовских «гонцов» и «чуда техники» XX столетия.
– Послушайте, ваше благородие, – залебезил караванщик. – Какой инспектор? Вы меня что – первый день знаете? Ничего запрещенного у меня нет и никогда не было. Да нешто ж я не понимаю? А мне ведь сейчас вьюки сгрузить и обратно поспешать – ночь на носу…
Он был, конечно же, прав: согласно той же инструкции, ночевать перед Вратами было строжайшим образом запрещено – кострища и прочие следы человеческой деятельности могли указать на «дефиле», а это обитателям «Новой России» было совсем не с руки. Поэтому все стоянки разрешалось устраивать лишь в нескольких часах пути от озера.
– Хорошо, – почесал в затылке хорунжий. – Давай, быстро разгружайся. И троих давай сюда – у меня носильщиков нету, тяжести твои таскать.
– А как же…
– А вовремя надо было приезжать, – отрезал Заманюк. – Ничего – перетащат
