Природные богатства планеты на исходе. Дефицитом становятся не только полезные ископаемые, но и чистый воздух, неотравленная вода. Представим же на миг, что так оно и есть: какому-то счастливчику удалось найти лазейку в истинный рай земной, к тому же – девственно-безлюдный. Не изолированная долина, не какой-нибудь затерянный мир, а совершенно новенькая, с иголочки, планета Земля-2!
Авторы: Ерпылев Андрей Юрьевич
Мужики снова переглянулись.
Про ордена они понимали. Сын Мякишевских соседей недавно вернулся со срочной службы, и вся улица завидовала новенькому ордену, сияющему на защитного цвета гимнастерке герояпограничника, отражавшего «происки японских милитаристов» на никому доселе неведомом озере Хасан.
Шепотом передавались слухи, что к невиданной красной эмалевой звездочке прилагается солидная денежная сумма. Конкретно никто ничего не знал, и вскоре сумма эта выросла во «многие тыщи».
Особенно когда «орденоносец» купил мотоциклет и гонял по городу, вызывая завистливые взгляды мужского населения и томные – женского.
– Рано делить шкуру неубитого медведя, товарищи! – Зубов вожделенно поглядывал на неприступный на первый взгляд хребет. – Нужно перебраться на другую сторону. Если местные жители говорят правду – непосредственно кратер должен находиться там. Озеро, – пояснил он.
– Как же тут перебраться? – почесали затылок мужики. – Чай не мухи по стенам карабкаться…
– А карабкаться и не нужно! – Валерий Степанович указал в ту сторону, где осыпь скрывалась за стволами сосен. – Возможно, гденибудь там есть место пониже и поудобнее для подъема.
– Что же мы стоим? – воскликнул Слава, забрасывая на плечо тяжелый рюкзак. – Вперед, товарищи!
– Кто это такие? Откуда взялись?
Два человека, прячась в камнях, наблюдали за копошащимися на берегу озера фигурками в мощный бинокль. Они старались не делать лишних движений, чтобы не привлечь внимания пришельцев.
– Не могу знать. Всего пять человек, появились тут дня тричетыре назад…
– Четыре дня? И я узнаю об этом только сейчас? Чем занимаются ваши люди, подпоручик?
– Да они с другого конца озера пришли, – оправдывался юный, еще, наверное, и не брившийся офицер прошлогоднего выпуска. – У меня приказ охранять подходы к «дефиле»…
– Приказ, приказ… – полковник опустил бинокль. – Надо выставить секреты по всему периметру…
– Так точно!
– Чего вы орете? Потом, все потом… Как они умудрились пробраться через болото? Проводник из местных?
– Вполне возможно… Но весь прошлый год стояла засуха… Да и это лето…
– Вы правы, засуху мы не учли… – задумался полковник, вновь приникая к окулярам. – Болото вполне могло обмелеть… Надо задуматься об исследовании бродов и минировании наиболее проходимых… Сколько их?
– Мы насчитали пятерых.
– Пятеро… Все здесь… – пробормотал офицер, не отрываясь от бинокля. – Хотя это может быть лишь передовым отрядом… Чем они заняты?
– Роют ямы на берегу.
– Золотоискатели?
– Не похоже. Промывочных лотков не наблюдается. Возможно, геологи, господин полковник.
– Геологи? Вполне вероятно… В общем, так, поручик: продолжайте наблюдение, свое присутствие не обозначайте. Активные действия предпринимать, только если пришельцы полезут к «дефиле».
– Слушаюсь!.. Какого рода действия?
– Любого, – буркнул полковник, осторожно пятясь назад. – Вплоть до применения оружия…
* * *
Поплавок, не дрогнув, отвесно ушел под воду, и Слава осторожно подсек, чувствуя на другом конце лески живую тяжесть.
«Только бы леска выдержала! – молил про себя юноша. – Только бы выдержала леска!..»
Собственно говоря, лески как таковой не было. Была скрученная из ниток, выдернутых из одежды, бечевка, крючок из согнутой английской булавки и поплавок, сделанный из прошлогоднего гусиного пера, найденного на берегу. Если бы молодому рыболову дома, в Москве, ктонибудь сказал, что на такую варварскую снасть можно ловить рыбу, он бы ни за что не поверил. Что там не поверил: поднял бы на смех, поскольку в семье Ростовцевых рыбная ловля была возведена в ранг священнодействия. Сколько раз они с папой и младшим братом выбирались рано поутру на Клязьму поудить пескариков и окуньков. И хотя рыба там водилась «самого подлого сословия», как шутил старший Ростовцев, инженер одного из оборонных заводов, – снасти всегда были на высоте.
– Бешмет весь драный, а оружие – в серебре! – назидательно говорил Игорь Константинович, аккуратно привязывая к волосяной леске блестящий «карасевый» крючочекзаглотыш из сохранившихся еще со «старых времен» запасов. Увы, запас этот таял на глазах, а отечественная промышленность, похоже, не понимала, что сомов и осетров в реках в связи с победным шествием социализма и индустриализации становится все меньше, а пескари и карасики их продукцию заглотить могут лишь артельно. Да и то выстроившись в очередь.
«Эх, сюда бы настоящих крючков, – вздыхал Слава. –
