Запретное влечение

мисс Мельбурн не более невинна, чем любой из здесь присутствующих.

Гевин смотрел на молодого повесу, которого, казалось, раздирали противоречия. С одной стороны, Венс, похоже, сказал правду о Кире Мельбурн; вероятно, она раздвигала ноги для него и для других до него. И хотя информация беспокоила его, эта особа скорее всего заслужила свою презренную репутацию. Но он считал, что никакая женщина не заслуживает сплетен о себе, особенно произнесенных с таким откровенным неуважением. К сожалению, Вене ничуть не заботился о том, как плохо люди подумают о мисс Мельбурн после его слов.

Несмотря на отвращение, Гевин знал, что должен каким-то образом получить подтверждение похотливым заявлениям Венса и побыстрее представить доказательства Джеймсу, чтобы мальчик мог действовать соответственно реальности. Иначе скандал снова поглотит его семью и, что не менее печально, Гевин будет продолжать страдать от желания, а эта женщина останется для него недосягаемой.

– Вы, похоже, не в духе?

Не зная, как ответить, Гевин повернулся к Корделии Дарроу, вдовствующей графине Литчфилд.

После секундного раздумья он решил не откровенничать и тепло улыбнулся ей.

– Я просто устал.

Они с Корделией прошли по элегантному бальному залу, украшенному драпировками из золотой парчи. Белые лепные арки изобиловали танцующими херувимами, аромат цветов, смешиваясь с духами дам, наполнял воздух. Здесь собрался весь цвет Лондона, и дамы щеголяли в платьях всех мыслимых цветов.

Гевин чувствовал, что все взгляды устремлены на них с Корделией. По-видимому, забывшись, она взяла его под руку и бросила задорный взгляд в его сторону.

Высокая, со светлыми волосами, убранными в элегантную прическу, в изящном синем с кружевами платье, Корделия выглядела почти величественно – впрочем, она всегда выглядела так. Это была одна из многих причин, почему Гевин восхищался ею. Богатая вдова двадцати четырех лет, Корделия являлась самой популярной в свете хозяйкой салона и желанной целью неженатых мужчин.

Он и Корделия когда-нибудь поженятся. Все предполагали это, даже сам Гевин. Хотя ему не нравилась ее склонность к сплетням, во всем остальном Корделия была просто идеальна для него – из хорошей семьи, очаровательна, умна, она умело играла роль друга, хотя он никогда раньше не смотрел на женщин с этой точки зрения. Она отлично понимала, что брак – это деловое предприятие. Занятый заботами о будущем сестер и партнерством в строительстве железной дороги, Гевин просто не мог найти время, чтобы должным образом сделать предложение, но он все равно его сделает.

– Кажется, вы устали, а? – В глазах Корделии плясало озорство. – Что ж, игра почти до рассвета в карты с лордом Венсом утомит кого угодно.

Гевин повернулся к ней с сардонической улыбкой. Конечно, он ожидал, что Корделия в конце концов узнает об этом случае, но не думал, что на это потребуется чуть больше восемнадцати часов.

– Не смущайтесь, дорогой, у меня есть свои способы узнавать о таких вещах. Как я поняла, Венс сообщил вам – и всем, кто хотел слушать – кучу сплетен о скандально известной мисс Мельбурн.

Гевин почувствовал, что ему следует быть осторожнее. Никто вне семьи еще не знал о неподходящей – и, надо надеяться, крайне временной – помолвке Джеймса. Он боялся, что если о ней узнает Корделия, к утру весь Лондон будет гудеть от этой новости. Нужно оттянуть это весьма неприятное событие, пока он не решит, как справиться с имеющей дурную репутацию красоткой.

– Да, я услышал чуть больше, чем хотел.

И более чем достаточно, чтобы прошлую ночь провести без сна из-за видений обнаженной Киры Мельбурн с набухшими сосками, пылающими от возбуждения щеками, раскинувшей ноги, извивающейся в его постели.

– Но вы ведь хотели услышать эти сплетни? – Она оценивающе посмотрела на него. – Все выглядит так, будто вы искали лорда Венса ради разговора с ним. Зачем еще вы вдруг зачастили в его клуб, который ненамного лучше обычной пивной?

Гевину следовало заранее приготовиться к такому вопросу, но у него на этот раз не нашлось правдоподобного ответа.

– То был просто мой каприз. – Он пожал плечами. Корделия с сомнением посмотрела на него, потом отвернулась и с полуулыбкой стала наблюдать за толпой.

– Вы никогда не потакали капризам. Поскольку в данный момент у вас нет любовницы, должна ли я предположить, что вы изголодались по разным мрачным историям?

Гевин едва сдержал вздох. Корделия могла быть ужасно прямолинейной – и очень бесстыдной. Когда никто не мог услышать, она с удовольствием подшучивала над его благопристойным поведением. К счастью, к ним приближались его кузина леди Мэдлин и ее муж,