Известный распутник герцог Фергюсон решает выдать замуж двух своих младших сестер. Но, поскольку об их семье в обществе сложилось превратное мнение, они должны зарекомендовать себя наилучшим образом. Герцог уговаривает целомудренную и благородную леди Мадлен стать их компаньонкой.
Авторы: Сара Рэмзи
Она непроизвольно повторила его жест: сжала кулаки.
— Может, ты и привык убегать, — сказала она, и он вздрогнул при этих словах, — но я не собираюсь уезжать, пока у нас действительно не останется другого выбора.
— Не смей называть меня трусом! — прошипел он. — Я не боюсь злых языков, пусть бы болтали до посинения, но я хочу защитить тебя, а отнюдь не себя.
— Так это защита? — громко воскликнула она, но, тут же опомнившись, перешла на шепот. — Если уехать сейчас, все решат, что ты виновен. И если ты не задумываешься над тем, как это отразится на благополучии твоих сестер, подумай о детях, которые могут быть у нас. Какая участь их ждет, как их примет свет, если все будут считать, что их отец — душевнобольной убийца?
Это был вариант аргумента, который против нее использовал Алекс, но при упоминании об их будущих детях лицо Фергюсона смягчилось.
— Если бы только был другой выход! Но я его не вижу.
— Существует еще одна возможность, — медленно произнесла она. — Если Маргарита будет время от времени появляться на публике…
В мгновение ока лицо его снова стало жестким.
— Это не обсуждается.
Их встретившиеся взгляды были одинаково тверды.
— Но это сразу положило бы конец слухам. Все успокоились бы, и мы жили бы обычной жизнью.
— Постоянно переживая из-за того, что тебя могут разоблачить, — добавил он. — Лучше уж в глазах общества я буду убийцей, чем ты — куртизанкой.
— И чем же это лучше? Ты хочешь, чтобы я смотрела, как тебя вешают за убийство женщины, которой даже не существовало?
Он улыбнулся — впервые за весь вечер.
— Никто бы меня не повесил. Петля — для простолюдинов. Мне бы отрубили голову, я слишком благородного происхождения. Но до суда дело не дойдет. Будут предварительные слушания в Палате лордов, а там не станут обвинять герцога в смерти какой-то актрисы без веских доказательств.
— У тебя много врагов, — заметила она. — Даже несколько пэров, жаждущих мести за жен, которых ты у них увел, могут сделать так, что дело передадут в суд.
Мадлен полагала, что они уже попали в западню, и над ней стервятниками кружат пэры, которые только того и ждут, чтобы ловушка захлопнулась. Но если ему ситуация представлялась столь же безвыходной, это делало его более непреклонным.
— Я не позволю, чтобы ради меня ты подвергала себя опасности.
— А я не позволю тебе сбежать ради меня! — ее терпению пришел конец. — Хочешь ты того или нет, ты герцог. И, исходя из того, что я успела узнать, — замечательный герцог. Но ты не можешь скрываться в Шотландии всякий раз, как только у тебя возникают трудности. И я не смогу быть твоей женой, если постоянно буду бояться, что ты в любой момент можешь сбежать от меня!
Ее слова легли между ними разделительной чертой. Он отпрянул к стене, будто его ударили.
— Я не могу тебя потерять, Мад, — сказал он.
Она слышала, как взволнованно он дышит.
— Мы должны остаться и бороться, Фергюсон. Я лишилась семьи по прихоти общества. Я не могу потерять и тебя тоже.
Их размолвка, конечно, не была Великой французской революцией, но настрой у него был, тем не менее, революционный.
— Ты не потеряешь меня, если поедешь со мной в Шотландию. Но если ты останешься и тебя разоблачат, это будет куда большей катастрофой. Я бы предпочел, чтобы ты потеряла меня, но была в безопасности, чем осталась со мной и погибла.
Она ахнула. Неужели он расторгнет помолвку, нарушит слово только ради того, чтобы защитить ее от последствий не его, но ее ошибки?
— Ты не принесешь в жертву наш союз, Фергюсон. Я сама разоблачу себя прежде, чем тебя обвинят в убийстве.
Он жестом оборвал ее жертвенную тираду.
— К нам направляется Августа. Завтра утром я нанесу вам визит, и мы все обсудим. До тех пор, пожалуйста, не предпринимай ничего, что могло бы навредить тебе.
Фергюсон удалился, его походка была упругой и решительной. Глядя на него сейчас, нетрудно было поверить, что он способен на убийство. Он шел напрямик к выходу, нисколько не заботясь о танцующих, которые расступались перед ним, чтобы не быть отброшенными его крепким плечом.
Она благодарила небеса за актерский талант. Когда публика, наблюдавшая за драматическим шествием Фергюсона, повернула головы к ней, Мадлен знала, что выглядит спокойной и естественной. За ней еще какое-то время будут пристально наблюдать, но она не даст им никакого дополнительного повода для сплетен.
Однако полминуты спустя от любопытных взглядов ее заслонила тетя Августа.
— Что-то случилось, милая? — спросила она, присаживаясь рядом с Мадлен.
Мадлен едва не расхохоталась в ответ. Случились дикие сплетни, случился Фергюсон с его планами и угрозой
