Запретные наслаждения

там неделю-другую в августе. По крайней мере в субботу не все будут в клубе.
На этот вечер они взяли его машину. В клубе их усадили за столик с видом на поле для гольфа.
– Ты играешь? – спросил Майкл. Эмили покачала головой:
– Я не особенно увлекаюсь спортом.
– По-моему, ты себя недооцениваешь, – ухмыльнулся он.
Она рассмеялась, но тут же, чертыхнувшись, прошептала:
– Принесло же их! Это Карла Джонсон и ее муж Рик. И Тиффани и Джо Пьетро д’Анджело.
– Кто они? – удивился Майкл.
– Соседи Рины. У Рика и Джо маленькая юридическая контора. Но я думала, они будут в Кэмп-Коузи. Крысы паршивые! Они нас увидели! Карла Джонсон машет мне! – Она помахала в ответ и прошипела: – Я убью Рину собственными руками!
– По какой причине вы собираетесь убить мою жену? – спросил подошедший Сэм и, поцеловав Эмили в щеку, уселся.
– Здесь, похоже, собрался весь город, – пробормотала Эмили. – Я говорила Рине, что не хочу сегодня ужинать в клубе, но почему Карла и Тиффани вдруг оказались в городе? Ведь это последний большой летний уик-энд в Кэмп-Коузи!
– Неподалеку от лагеря вспыхнул лесной пожар, – объяснил доктор Сэм. – Лето было слишком сухим. Особой опасности нет, но пожарные на всякий случай попросили людей уехать. А вы знаете мою Рину, она выступает в холле как наемный комик, развлекая посетителей. Наверное, уже успела рассказать всем, что Майкл – ваш редактор, а вы знаете, как любит Карла красивых мужчин.
– Даю ей две минуты! – мрачно бросила Эмили. Майкл встал.
– Сейчас я все улажу, – ухмыльнулся он и подошел к Рине, которая беседовала с двумя подругами. – Рина, дорогая моя, – начал Мик, беря ее за руку, – мы не можем сделать заказ, пока вы не присоединитесь к нам. А я совсем изголодался.
Он ослепительно улыбнулся Карле Джонсон и Тиффани Пьетро д’Анджело.
– Я Майкл Девлин, редактор Эмили. Надеюсь, вы не будете возражать, если я украду у вас Рину?
И не успели женщины опомниться, как он взял Рину под руку и проводил к столику.
– Вы нахал, дорогой мой, – пробормотала на ходу Рина.
– Эмили очень расстроилась. По какой-то непонятной мне причине она желает держать нашу связь в тайне, – тихо пояснил Девлин. Шагнув к столику, он торжественно усадил Рину и сел сам.
– Мне он нравится, – хмыкнула Рина. – Даю свое благословение, дитя мое. Делай с ним все, что пожелаешь.
– Дерзкая выходка, сэр! – разразилась смехом Эмили. – Как только ты отважился на такое, Девлин?
– Лично я согласен с женой, но когда я не был с ней согласен? – провозгласил доктор Сэм, прежде чем обернуться к официанту. – Мне лососину в укропном соусе, только с рисом, а не с тем розовым картофелем, который вы вечно пытаетесь мне всучить. Салат полейте бальзамическим уксусом, и сегодня я требую, чтобы в корзинке для хлеба лежало побольше черничных булочек.
Пока они ели, оркестр настраивал инструменты, и к тому времени, как подали десерт, начались танцы. В соответствии со вкусами публики музыку нельзя было назвать современной: фокстрот, вальс, румба, самба. Зелигманы ушли танцевать, и Эмили с улыбкой наблюдала за ними.
– Правда, они славные? Обожают друг друга, – заметила она.
– Они хорошие люди. Тебе повезло с друзьями.
– Это верно, – кивнула Эмили. – Только в Америке католичка ирландско-польского происхождения может получить евреев в качестве суррогатных родителей. Предки Сэма, как и Данемы, были в числе основателей Эгрет-Пойнт. Начиная с первых дней, в городе всегда практиковал доктор Зелигман, так что должность передавалась по наследству.
– Никогда не рассматривал историю Штатов с этой точки зрения, – покачал головой Майкл. – Прости, что не приглашаю тебя на танец. Боюсь опозорить нас обоих. Не могу держать тебя в объятиях без того, чтобы брюки не стали тесны.
Эмили залилась краской, но все же тихо засмеялась.
– Что будет с нами, Мик? Это наставничество выходит из-под контроля, не находишь?
– Не знаю, – медленно протянул он. – И не считаю, что я несчастен: скорее, наоборот. Как насчет тебя?
– Со мной то же самое. Давай посмотрим, сумеем ли путешествовать вместе. Когда ты летишь во Франкфурт?
– В начале октября. Хочешь, десятого встретимся в Англии?
– Завтра же закажу номера в гостинице Барроу. Ты надолго к Палмерам?
– На три дня. Четырнадцатого собираюсь вылететь в Штаты, чтобы днем успеть в офис. Не хочу, чтобы Джей-Пи допытывалась, что меня так задержало. Поскольку я собираюсь помирить Пруни и Саванну, будем считать, что в Англии у меня дела, и к тому же я хочу посмотреть, что творится у меня дома.
– Кто будет знать о твоем отсутствии?
– Рина и Эсси. Я прилечу шестнадцатого.