Запретные тайны

Она с усилием оторвалась от губ Тайлера и коснулась рукой его красивого лица.
— Что случилось, Сьюзен? — спросил он, нахмурившись.
— Я хочу поговорить с тобой о Виктории. Она так изменилась…
— Все мы изменились, — Тайлер вытянул руку и показал Сьюзен длинный неровный шрам на ладони. — Когда я уходил на войну, этого не было.
Сьюзен накрыла его руку своей. Ей была неприятна мысль о том, что Тайлер испытывал боль.
— Ты прав, — сказала она. — Но я боюсь, что Виктория сходит с ума. Она делает и говорит такие глупости…
И тут Сьюзен оборвала себя на полуслове. «Я могу сказать ему, что Виктория считает его воплощением зла, — подумала она. — Тайлеру будет больно узнать, что моя сестра ненавидит его».
— Понимаешь, иногда Виктория делает очень странные вещи, — начала объяснять Сьюзен. — Но она не хочет причинить вред кому бы то ни было.
— Может быть, перемены в жизни улучшат ее состояние. В Черных Розах ей понравится. Вам обеим там будет хорошо.
— Как я хочу поскорее попасть туда! — радостно воскликнула Сьюзен.
— Тогда мы уедем завтра же.
— Завтра, — повторила Сьюзен. — Я скажу Виктории.
Сьюзен обнаружила сестру на маленьком семейном кладбище. К поясу платья Виктории был приколот черный мешочек.
— Тайлер вернулся, — глухим голосом сказала Виктория.
— Да. Откуда ты знаешь? — и Сьюзен схватила сестру за руки.
— Я видела его, — Виктория не отрываясь смотрела на надгробие родителей.
«Посмотри на меня, — хотела сказать Сьюзен. — Посмотри, и ты увидишь, что все будет хорошо. И я хочу увидеть, что с тобой все нормально, что помутнение рассудка прошло».
Но взгляд Виктории был прикован к скромному гранитному камню, на котором были высечены имена млтери и отца сестер Джентри. Сьюзен выпустила руки Виктории.
— Мы уезжаем. Мы будем жить в имении Тайлеров, в Черных Розах. Мы больше никогда не вернемся в это царство опустошения. У нас будет много еды…
Виктория внезапно обернулась.
— Тихо! — хрипло прошептала она. — Молчи и внимательно слушай. Разве ты не слышишь, как ветер шепчет в ветвях дубов? Он хочет раскрыть нам какую-то тайну…
Голос Виктории стал совсем низким:
— Если мы уедем в Черные Розы, одна из нас умрет, и это случится до того, как кончится этот год!

Молнии разрывали небо, где-то вдалеке гремел гром. Повозка тряслась от порывов ветра.
— Как ты думаешь, мы успеем приехать до начала грозы? — спросила Сьюзен, крепче сжимая руку Тайлера.
— Теперь недалеко, — ответил он. — Я думаю, ус иеем.
Сьюзен обернулась и посмотрела на Викторию, сидевшую на заднем сиденье. Она так крепко сжимала свой черный мешочек, что ее пальцы побелели.
«Мне так жаль Викторию, — думала Сьюзен. Она так напугана. Бедняжка верит, что Тайлер — это воплощение сил зла и что одну из нас в Черных Розах ждет смерть».
Сьюзен хотелось как-то успокоить сестру, но она не знала, как это сделать, не могла подобрать нужных слов.
Тайлер остановил лошадей, вылез из фургона, открыл створки высоких железных ворот.
«Ну вот мы и приехали», — подумала Сьюзен. Она высунулась из фургона, чтобы оглядеться, но в темноте не было видно ничего, кроме мощного забора. По обеим сторонам ведущей к дому дороги росли тернистые кусты роз.
— Смотри, Виктория! Ты когда-нибудь видела такие темные розы? Они почти черные.
— Мне не нравится это место, — отвечала Виктория.
Сьюзен сжала ее руку.
— Наверное, ты нервничаешь из-за грозы, — сказала она, зная в глубине души, что отнюдь не гроза беспокоит сестру.
Тайлер снова залез на козлы, тронул лошадей, и фургон покатился к дому. Порыв ветра сорвал несколько лепестков с розовых кустов; один из них залетел внутрь фургона и опустился Сьюзен на колени.
— Надо же, — подумала она, взяв в руки нежный лепесток. — Это действительно черные розы, а не темно-красные».
— Я никогда не видела черных роз, — сказала она вслух.
— Они растут здесь испокон веку, — откликнулся Тайлер. — Имение названо в честь этих цветов. А вот и ваш новый дом, — добавил он, указывая вперед.
Сьюзен ахнула. Огромный особняк был сделан из холодного серого камня. Две высокие башни словно вонзались в ночное небо.
Она была уверена, что полюбит новое место, но ожидала, что дом будет такой же, как южные поместья — с широкой террасой, изящными колоннами, приветливый