Запретные уроки

того, чтобы несколько недель корчиться от боли рядом с ней и чуть слышно бормотать самые обидные слова — она знала, что он говорит неправду, стремясь заставить ее уйти. Он жалел ее и не хотел, чтобы она наблюдала его последние мгновения. И было это год назад… сегодня ночью исполняется ровно год.
Незнакомец отодвинулся подальше от света, и Сьюзен почувствовала, как он раздвигает ей ноги. Вот диван прогнулся под его тяжестью, и мужчина двинулся вперед, между ее бедрами.
Теперь она уже не могла рассмотреть его и знала, что и он не видит ее, склонившись и покрывая поцелуями лицо, шею и грудь. Сьюзен закрыла глаза и стала думать о Саймоне. О том, как она тоскует по нему. Как ей не хватает его рядом. Глаза наполнились слезами. Ей казалось, что в ту ночь, год назад, умерла какая-то часть ее самой.
Но в объятиях этого мужчины с ней происходило нечто непостижимое. Трудно было в это поверить, и однако же… чувства снова просыпались в ней. Будто… будто его нежность, его поцелуи на губах, на шее… Боже правый, ей казалось, что он оживляет ее.
И она хотела, чтобы это длилось бесконечно.
Ах, как это низко, но все же и ее тело, и разум нуждались в таком утверждении жизни.
Она резко открыла глаза. Можно позволить себе это! Снова ощутить себя живой. На одну только ночь.
Никто об этом не узнает. Даже ей самой казалось, что это происходит с кем-то другим.
Одна-единственная ночь греха. И ничего больше.
И в этот миг она решилась. Подняла руку, провела рукой по его густым волосам, прижала крепче к себе, отвечая на страстный поцелуй и поглаживая мускулистую грудь.
— М-м-м, — простонал он от удовольствия и подарил ей еще один поцелуй. Слегка откинулся назад, погладил кончиками пальцев ее груди, заставив Сьюзен выгнуться дугой. Потом наклонился, легко коснулся ее живота, затем проник под смятую юбку и стал ласкать бедра. Закатал нижнюю юбку и шелковую нижнюю рубашку. Горячие губы покрывали поцелуями внутреннюю сторону бедер, заставляли ее шире раздвинуть ноги, открыть ему лепестки ее розы.
Сьюзен блаженно закрыла глаза. «О боже, что же это за сумасшествие!» Но теперь она и не пыталась помешать незнакомцу. От его ласк и поцелуев все тело ее напряглось до боли. Благодаря этому человеку она снова чувствовала себя живой — такой, какой когда-то была рядом с Саймоном.
«Ах, Саймон!» Она будет думать только о Саймоне.
Его губы не отрывались от жаркой расщелины. Он всасывал ее соки, похлопывал языком, и все это — уверенно, умело.
«Саймон, Саймон». Сьюзен изо всех сил старалась удержать его образ перед мысленным взором. Разве что Саймон не проделывал
вот этого, не проказничал так. Ах, боже! Ох, боже!!!
Теплая волна дрожи накрыла ее с головой. Саймон никогда не дарил ей таких ощущений. Ни разу.
Она затрепетала, когда его пальцы раздвинули лепестки и стали ласково хозяйничать уже внутри нее, слегка сгибаясь, а искусный язык круговыми движениями нежил ее женское естество. Сьюзен застонала и изогнулась, а внутренний жар тем временем все нарастал и нарастал.
Ноги ее стали непроизвольно двигаться. В ней властно росло желание, какое может возбудить только мужчина. Это ощущение было ей знакомо.
Обеими руками она обхватила его голову и повернула лицом к себе. Когда же он снова взглянул ей в лицо, Сьюзен потащила его на себя.
В темноте она могла только слышать его тихий смех, когда он приподнялся и встал на колени между ее ног. Она протянула руку и нашарила то место, где брюки туго натянулись от напряжения плоти. Тогда она нащупала пуговицы и, борясь с тугой тканью, стала их расстегивать.
Он пришел ей на помощь, брюки сразу поддались, и Сьюзен ощутила тяжесть его налитого мужества.
Она ухватила этот длинный и толстый инструмент, осторожно потянула пальцами ствол, добралась до пухлой головки — так, как учил ее когда-то Саймон, — доводя этот орган до каменной твердости. В скудном свете луны разглядела жемчужную капельку, выступившую на кончике. Размазала эту капельку по всей головке, чтобы та стала скользкой… для удобства самой Сьюзен.
До них долетел шум голосов из бального зала; Сьюзен почувствовала, как вздрогнул мужчина. Он повернул голову к двери.
«Ну нет, мы не для того зашли так далеко, чтобы остановиться на полпути». Сьюзен снова заработала рукой, потом храбро подвела похожую на сливу головку ко входу в свою истекающую влагой розу.
Мужчина громко застонал и изогнулся, готовясь взять ее.
Сьюзен с таким нетерпением ждала этого момента, что едва дышала, но вот ее ноздри ощутили запах мускуса, исходящий от мужчины, и ее желание усилилось.
Почувствовав его горячее тело между своих бедер, она вся отдалась страсти.