Засланец

хвостом девушка. – А я к тебе с предложением. У тебя же скоро долгий полуконтракнтый отпуск? Ты на родину не собираешься? Я бы хотела, чтобы мы поехали вместе. У меня четвертинка, но я очень соскучилась.
– Давай, я чуть позже скажу тебе, – предложила Луара. – Понимаешь, я не сильно хочу ехать на родную планету. Лучше попытаюсь смотаться на какой-нибудь из миров-курортов Лазурного кольца. Хочешь, поедем вместе?
– Нет, я соскучилась по родным, – прижала уши Ассана. – Да и по финансам твое предложение очень обременительно. Ладно, пойду я, ты дай знать, если передумаешь.
Переодевшись и собрав вещи, Луара вместе со своей знакомой отправилась в сторону казенной столовой. Вечерний контрактный перекус оказался не очень вкусным, но за изыски на базе приходилось платить отдельно. Оговоренное контрактом снабжение не отличалось особым разнообразием, но в полной мере удовлетворяло потребности организма. Таким рационом многие коллеги Луары экономили деньги, откладывая на какие-то проекты. После столовой пути подруг разошлись.
– А что это за отпуск такой? – спросил я. – Будет возможность развеяться?
– Полуконтракт, – ответила моя хозяйка. – Ах да, ты же не в курсе. Контракт кроме перерывов между сменами предусматривает три больших отпуска. «Чертвертушка» – пятьдесят одни сутки, после четверти срока контракта, «полуконтракт» – сто два дня и «огрызок» – сорок восемь суток, спустя три четверти срока.
– А долго до твоей родной планеты добираться? – спросил я. – Почему ты не хочешь туда?
– Где-то сутки нужны на скачок до ближайшей планеты с регулярным сообщением и от четырех до семи суток – на рейсовом лайнере в зависимости от цены билета. Делать мне там нечего. Родители сейчас тоже на контракте, строят новую базу, а друзья, скорее всего, меня не поймут. У нас на такие контракты только семейные группы уходят. Я когда подписалась, меня за безумную считать начали.
– Ясно. В таком раскладе, я тоже голосую за планеты Лазурного кольца, – усмехнулся я. – Когда отпуск-то начинается? По подружке сердешной скучать не будешь? Или Лиу тоже поедет?
– Нет, не едет, – почему-то смутилась Луара. – У нее отпуск ближайший был совсем недавно.
– Правильно, нафига нам свои дрова в лес тащить? – пошутил я. – На месте гульнем по-взрослому.
– Да нет же, я в море покупаться, – совсем смутилась девушка, – я давно мечтала.
– Море? – спросил я украдкой. – Знакомое дело. Когда это одно другому-то мешало?

Наш отпуск начался совершенно неожиданно. Утром по внутренней рассылке от руководства пришло уведомление, что оговоренный контрактом отпуск может начаться с такого-то по такое-то число по согласованию работника с администрацией.
– Завтра последний день трудовой вахты и все, – сказала Луара, подтвердив предложенный срок. – Надоело мне тут все до жути.
– Вот это по-нашему, – согласился я. – Даешь отпуск!
– Так, через четыре дня лайнер на Плу-3, не очень удачно, да и дальше оттуда. Через шесть будет рейсовый лайнер на Кейлу-3, неплохо, но ждать долго, – рассматривала девушка информацию о подходе проходящего транспорта, делающего заход на базу «Албар». – О, послезавтра будет транспортник из пояса добычи. Идет медленнее, зато ждать не нужно. Перерабатывающий комплекс «Волчок-2324» постоянно в контакте с метрополией. Лайнеры там принадлежат компании, но за деньги они вполне возят всех желающих. Ух ты, цены вполне приемлемые!
– Ну так давай на нем и свалим, – предложил я. – Чего тут куковать?
– Тут есть проблема, – пробурчала Луара, разбирая сноску. – Во-первых, нет сообщения с поясом добычи, придется у начальства выпрашивать какую-нибудь посудину. Обберут по полной программе, могут и вообще отказать. Жаль, в пределах «Волчка-2324» общественного транспорта нет, а служебный для чужаков – сущая обдираловка. Так что тут мы по деньгам в сильнейшем пролете. Придется выбирать из Плу-3 или Кейлы-3.
– А давай наш истребитель возьмем, – продумал я неожиданно пришедшую мысль. – Союзники его фактически бросили, начальство забыло. Дадут нам его, интересно?
– Сейчас узнаю, чем он числится, – полезла Луара в сеть через служебный доступ. – А нет его тут по складу. Так, здесь тоже нет. Ага, вот он. Значится «утилизационная единица с длинным номером», его вообще только по приписке к прошлому судну различить можно. Думаю, что договоримся. У нас хлама в очереди на утилизацию лежит, как у саусюка в норе. Его же на переплавку в комплекс тащить нужно.
– А если комендант узнает, что он починен, – спросил я.
– И что? – спросила в ответ Луара. – Кто на нем летать-то сможет? Кстати, ты уверен,