Засланец

напоминая воду.
– Поглядим? – спросил я Луару
– А если там вакуум или непригодная атмосфера? – с сомнением спросила она.
– Милашка, вот ты чувствуешь что-нибудь необычное в здешнем воздухе, запахи или какую-нибудь спертость? – спросил я, серьезно посмотрев в слегка прищуренные глаза Луары.
– Нет, – дернула она хвостом, слегка задев мою голую ногу. – Не могу назвать его ароматным, но никаких дурных или неприятных запахов я не чувствую. Приблизительно такой воздух у нас на базе, если конечно не брать ремонтные боксы.
– Вот и я тоже ничего такого не чувствую, – ответил я. – Но ведь не может же для нас обоих воздух быть одинаково приятен? Мы же, как ни крути, весьма такие разные виды разумных существ, вон у меня даже хвоста совсем нет. А это значит, что чем бы ни дышали эти тела-аватары, дышат они чем-то отличным от известного тебе или мне воздуха. Скорее всего, им и дышать-то вообще не нужно, а делаем это мы сами из чистой привычки к этому нужному, а иногда и приятному процессу.
С этими словами я с трудом оторвал кусочек ткани от моей набедренной тряпки и кинул в пленку. Прикосновение тряпочного комочка не прошло для нее бесследно, перегородка довольно резво отпрянула в стороны от места касания моего импровизированного щупа и втянулась в стены. Я сделал уверенный шаг и, подобрав кусочек тряпки, согнулся в приглашающем жесте:
– Моя королева, путь свободен.
– А кто такая королева? – испортила мне роль преданного рыцаря Луара.
Вопреки моим опасениям, нас свободно пустили внутрь корабля. В следующем за ангарной палубой проходе сами собой засветились панели, разбросанные по всей площади прохода, причем свет они давали идентичный небольшому шарику, созданному до этого Енотом. Таким образом, проблема освещения отпала. Видимо, реагируя на освещение, поверхности потеряли свою полупрозрачность, и мы переместились из иллюзорного мира в привычный для нас мир полов, потолков и стен. Соединяющий ангары и внутренние помещения тоннель оказался не слишком длинной немного сплюснутой в диаметре трубой, из которой мы вышли в широкий проход, идущий перпендикулярно нашему тоннелю. Мы стояли и смотрели из горловины тоннеля на открывшееся пространство. Пологой дугой «пол» уходил вверх и вниз от нас, как будто наш проход выходил на стене. Выше и ниже виднелись расположенные в правильном порядке двери-лужицы, видимо, ведущие в другие ангары. Лично для меня очевидно стало только то, что ходить по такому «полу» без способностей мухи мы вряд ли сможем. Тем не менее, работа моей мысли от этого не затормозилась. Можно было бы послать вперед Енота, он-то просто парил над «полом». В тот момент мне опять на помощь пришла проверенная в боях тряпочка. У местных «буржуев» вообще могло случаться что угодно, по крайней мере, моя интуиция подсказывала, что только невесомость могла дать шансы добраться в таком положении до всех имеющихся проходов. Но интуиция ошиблась. Вместо того, чтобы парить, тряпочка уверенно легла на палубу в паре метров от горловины нашего тоннеля. Удивленно хмыкнув, я сделал два шага, наклонился и поднял свой верный «щуп». Как муха, я стоял на поверхности, расположенной практически перпендикулярно «полу», на котором стояла Луара. Это выглядело чрезвычайно странно для земного человека, но я, как проверенный друг Горацио, успел повидать и не такого.
– Чего стоим, кого ждем? – спросил я Луару. – Нас, понимаешь, заждались великие дела, а они стоят хвостом дергают. Не порядок, однако.
– Невероятно, – ответила Девушка, робко ступая на перпендикулярную проходу поверхность.
– Енот, слетай направо метров на сто, узнай что там, – указал я нашему МИ направление, – а мы, как и положено холостым незамужним, осмотрим, что у нас слева.
Немного озадачив нас и нарушая все приличные законы тяготения, Енот по прямой линии, направился в указанном мной направлении. Как и положено экспериментатору от мамы с папой, я подпрыгнул, стараясь задать направление полета. Но тут же был приземлен неумолимыми законами гравитации обратно на поверхность палубы.
– Енот, ты вообще летать можешь или секрет какой знаешь? – возмутился я.
– В этом логическом воплощении данной системной оболочки присутствует способ парения над поверхностью, – ответил МИ. – В силу несовершенства кода возможны некоторые отступления от заданных правил.
– Это как читерам в играх? – удивился я. – Еще бы коды знать.
Мы с Луарой неспеша направились к ближайшей завесе, отделяющей такой же проход, как вел к палубе с «Енотом». Дверь-лужица почти не колыхалась и из-за темноты с другой стороны казалась большим зеркалом. Я присел и коснулся ее пальцем. Пленка тут же разошлась, открыв нашему взору темный колодец прохода. Встав