Засланец

поддавался не сильно туго, похоже, это действительно оказался камень. Буквально через минуту луч нырнул вглубь, выбросив из образовавшейся дырки, а так же еще из пары десятков трещин серый дым с запахом сгоревшей изоляции, какой-то химии и, кажется, органики. Я выключил резак. Дым тонкими струйками вытекал из трещин. Стало ясно, что брусок полый, и внутри находится что-то отличное от камня.
– Если это контейнер, то его можно как-то открыть, – подвел я итог, – есть идеи, дорогая?
– Переверни его или поставь боком, – пошутила Светлана, – в нем не больше трех-четырех тонн, он же полый. А вообще, думаю, что целесообразно будет померить чем-то толщину и срезать сверху часть стенки, как крышку.
– Да нехило тут придется поработать, – задумался я, – у меня может сдохнуть джедайский меч.
– Ничего, теперь у тебя есть «струна», – усмехнулась супруга, – и вообще, есть другие идеи?
– Есть, – усмехнулся я, – заберите на «Ботаник» и там насилуйте сколько душе угодно.
– Заберем, – согласилась Светлана, – только убедимся, что там есть что насиловать, давай, начинай. Марзаяц там как раз увлечен чем-то, уже второй час сидит в одной комнате.
– А как ты его находишь? – спросил я.
– Очень просто, – рассмеялась Светлана. – Он у меня выглядит, как огромный «белый» шар на сканере, когда пользуется своими примочками.
Меч не сдох, осталась добрая треть. Немного поднатужившись, я столкнул верхнюю плиту, которая оказалась немного тоньше боковой стенки. Из образовавшейся полости поднялись клубы того же серого дыма, пришлось на время полностью заблокировать подачу внешнего воздуха. Немного помахав рукой, я прогнал остатки дыма. В полости, приблизительно четверть которой оказалась заполнена серой жидкостью, плавало коричневое с черными и серым пятнами желе, опутанное сетью ярко белых проводов или жил. Больше всего все это походило на попавшую в сети большую медузу, которая полдня пролежала на солнце. Оправившись от первого впечатления, я рассмотрел кое-какие детали явно искусственного происхождения, напоминающие блоки контроля или управления.
– Даже не надейся, что я буду копаться в этом, – сказал я, – мы убедились, что тут что-то есть, а в деталях разберетесь на «Ботанике».
– Не шуми, дорогой, – откликнулась Светлана, – Дай-ка обзор крупным планом боковых стенок. Кстати, остались еще шары.
Светлана с помощью сенсоров моей брони осматривала контейнер с полчаса – нужно сказать, нуднейшее занятие. Я порядком утомился и начал вредничать. Но, похоже, нудное занятие принесло некоторые плоды. Мне еще несколько раз пришлось постоять буквой «зю», присоединив встроенные зонды брони к каким-то блокам внутри лохани, как Светлана уверенно сказала, что пора открыть какой-нибудь из целых контейнеров.
– Что ты там намереваешься найти? – спросил я, – свежие консервы для животных? Так имей в виду, срок годности этой заразы давно уже скончался.
– Дорогой, это действительно похоже на капсулу управления, – без сарказма сказала Светлана, – а внутри нее находятся останки древнего представителя, скорее всего, цивилизации арконтов, по крайней мере, Марзаяц об этом говорил уверенно.
– Он и о слугах или рабах говорил уверенно, – хмыкнул я, – правда, тут нет той ржавой шелухи, что была на полу около шкафчика.
– Я пускала с помощью щупа тестовые пакеты по разным уровням аппаратуры, некоторые теряются, видимо, обрыв, какие-то возвращаются искаженными, но по всему видно, что отсюда управляли довольно сложными процессами, – высказала мысль Светлана. – В пользу всего этого говорит то, что некоторые пакеты приносили отзыв, сильно похожий на излучение поля «колодца энергии», а к таким вещам чужих обычно не пускают.
– Уговорила, – согласился я, – как-то быстро мы раскрыли тайну. Только вот резак мой второй контейнер уже и не осилит.
– А и не надо его ломать, – усмехнулась Светлана, – мы его нежно вскроем, как медвежатники со стажем. Ты только делай, как я говорю, и не задавай вопросов.
По указанию Светланы я долго водил щупом по боковой стенке целого контейнера-бруска, пока мы не обнаружили и не пометили несколько точек. Потом я помалу выжигал стенку, постоянно вставляя в отверстие щуп. Четыре точки мы прошли без толку, ни разу не продырявив стенку. На пятой точке Светлана долго раздумывала и проверяла какие-то пакеты, но ее тоже оставили. А вот шестая дырка оказалась нашей. Контейнер немного приподнялся над полом, защитным полем с него и с полуметра окружающего пола сдуло пыль. На верхней крышке замигали несколько голографических пиктограмм, в радиоэфире зачастили цепочки пакетов данных, воспринимаемых моей аппаратурой, как скрип и скрежет. Лазерные лучи ощупали комнату, потом