Заслужить любовь

Родители уехали, брат ужинает с невестой, так что можно оставить ее одну. Они были бы обречены на уединение на несколько часов, и мало ли что могло случиться. Он не хотел рисковать. Она испугала его!
— Понятно. Спасибо, что сказал, Эван. Передай привет Изабель, — ответила она спокойно, и тот, насвистывая, ушел принять душ и переодеться перед свиданием.
Таша захлопнула дверь спальни и прислонилась к ней, прижав руку к сердцу. Нет, она не ошиблась. Это облегчало душевную боль. Проведя несколько дней в бушующем море — то выплывая на островок надежды, то снова погружаясь в волны отчаяния, — она с облегчением поняла, что все-таки пробилась к нему и еще не все потеряно. Он может прятаться от нее сегодня, но так не будет продолжаться вечно.
В этот вечер Таша была не против поужинать в одиночестве, вернувшаяся уверенность составила ей хорошую компанию. Потом она посмотрела фильм по телевизору и, когда Чейз не вернулся к его окончанию, отправилась в постель.
Но сон никак не приходил. Она ворочалась с боку на бок, зная, что успокоится, лишь когда Чейз будет дома. И даже не взглянула на часы, когда решила прекратить борьбу с бессонницей и чего-нибудь выпить.
Набросив шелковый халат, она подвязалась поясом и босиком спустилась вниз. Включив на кухне свет, стала шарить по полкам. И десять минут спустя уже сидела за столом с чашкой аппетитного горячего какао.
Услышав, как открылась дверь черного хода, она обернулась.
— А ты сегодня поздно, Моди, — раздался усталый голос Чейза, но тут он вдруг увидел, что на кухне Таша, да так и замер на пороге, не сводя с нее взгляда. — Я думал, ты спишь, — произнес он натянуто, однако в его глазах горел огонек, заметный даже издалека и освещавший их серую бездонную глубину.
Таша опустила кружку, ее нервы оказались на пределе, особенно сейчас, когда она видела, что он борется со своими чувствами. Она решилась на нападение.
— Надеялся, что сплю? — шутливо бросила она вызов.
Голубые глаза скрестились с серыми, требуя правды.
— Надеялся, — признал Чейз, проводя рукой по шее. — Черт возьми, почему ты не легла?
— Не могу заснуть. Мне больше не нравится спать одной, — произнесла Таша откровенно и поняла, что попала в точку.
— Ради Бога, зачем ты это делаешь, Таша? Ты просто подставляешь себя под удар! — Чейз напряженно вздохнул, медленно приближаясь. Подойдя к раковине, он остановился, опершись на нее.
— Вряд ли ты сможешь причинить мне еще большую боль. Меня убивает то, что ты меня отталкиваешь, — сказала Таша честно.
Он нахмурился.
— Чего ты хочешь?
— Чтобы ты любил меня.
Ее слова заставили его моментально выпрямиться.
— Черт, у тебя что, нет гордости? Иногда гордость уместна, но не сейчас.
— В данный момент нет. Гордость не согреет меня, не обнимет ночью. Он с силой сжал зубы.
— Я не могу дать тебе этого.
В глазах Таши вспыхнули огоньки.
— То есть не хочешь.
— Перестань, Таша, — предупредил Чейз, но она лишь покачала головой.
— Не могу. — Ей надо так много вернуть, слишком много.
Его губы горько изогнулись.
— Значит, ты дура.
Она не сводила с него глаз, готовя самое мощное оружие.
— Какая ни есть — ты хочешь меня. Ты это чувствуешь так же, как и я. Он глухо засмеялся.
— У меня по мужской части все в порядке, а секс у нас всегда был хорошим.
Таша разозлилась, но не дала воли эмоциям.
— Не преуменьшай. У нас было нечто большее, чем только хороший секс. Я любила тебя, а ты любил меня, Чейз.
— Любовь — смутное понятие.
Их взгляды скрестились в яростной схватке.
— Ты не отступишь ни на дюйм, да? — спросила она, так глубоко чувствуя его, что было просто немыслимо не протянуть руку и не дотронуться. Сумасшествие какое-то. Однако, если она попытается, сделать это, он снова ее оттолкнет. Он человек чести. Не верит ей — значит, не может ее любить. Ни душевно, ни физически.
— Я не могу забыть, что ты сделала, — сказал Чейз, как отрезал.
Ее ресницы задрожали.
— Если не простишь, куда это приведет? Как долго это будет продолжаться?
— Пока я не буду уверен, — произнес он твердо, и она в отчаянии покачала головой.
— Уверен в чем? Что можешь снова мне доверять? Скажи, что мне сделать, и я сделаю! Поклянусь на целой горе Библий, если поможет. — Отчаяние встало у нее комком в горле. — Черт, выступлю на телевидении, если необходимо! Разве ты не понимаешь, что ради тебя я сделаю что угодно?
Чейз подошел к ней, взял ее за плечи и поднял на ноги.
— Я ничего от тебя не хочу. Я… — Слова растворились в воздухе, когда он почувствовал ее так близко; он закрыл глаза, касаясь пальцами ее теплой кожи.
В