Действие происходит после ядерной войны в подземном убежищерядом с Москвой. Жалкий мусорщик неожиданно для себя вступает вконфликт с элитой Убежища — стражниками и становится обладателемкомнаты, набитой разными богатствами но, самое главное, он узнаетпуть, ведущий в Метро, находящееся под мертвым городом. Спасая свою жизнь, главный герой вместе с несколькими товарищамипускается в путь по тоннелям, где они с удивлением обнаруживают, что Метро не такое уж пустое и заброшенное, как онидумали…
Авторы: Александр Неверов
дыхание и прислушиваясь.
Тишина. Позади и впереди. Погони нет. Только тихий гул тоннелей.
Веник задрожал от возбуждения. Он откинул свою железку и влез в нишу, навалившись плечом на дверь.
Дверь не поддавалась.
Заперто.
«– Не может быть! – запаниковал парень. – Не может быть. Бред какойто!».
Он несколько раз пнул ее ногой и с размаху снова навалился всем телом.
Дверь неожиданно распахнулась. Хлынувший оттуда свет ослепил парня, который не удержался и рухнул в проем.
Рядом заметались тени. Его схватили чьито руки.
Когда глаза привыкли к свету, Веник осмотрелся и чуть не задохнулся от ужаса.
Он лежал на полу, под желтой лампочкой, а над ним, согнувшись, стояли стражники Люкса.
– Это он, – возбужденно говорил один из них. – Тот самый, который сбежал. Ну Семена Мельникова который зарезал.
Веник узнал говорившего. Этот тип часто дежурил на баррикаде рядом с его жилищем в Тамбуре. Остальные тоже были смутно знакомы.
На лицах стражей было написано недоумение и тут же они вдруг заухмылялись, презрительно глядя на парня.
Веник закричал, рванулся, вскочил на ноги и, оттолкнув одного стража, он кинулся к двери. Он был уже рядом, как в голове вдруг словно чтото взорвалось.
Прикладом! По затылку!
Это были последние мысли. Дверь качнулась навстречу и Веник потерял сознание.
Веник открыл глаза. Туман начал рассеиваться. Сознание возвращалось.
Началась явь – его обычное состояние. Время давно уже перестало для него существовать, а весь мир сузился до легендарного кресла стоматолога, в котором он сейчас находился, голый и распятый.
Впервые он здесь очнулся сразу же после того, как его вырубили стражники при входе в тайную дверцу в тоннеле. Но как давно это было, Веник не помнил. Может, прошел месяц, может год, а может и всего несколько дней.
В той, прежней жизни в Тамбуре, Веник мог только догадывался о том, что выделывал Стоматолог со своими жертвами, но реальность превзошла все ожидания. Такой боли он еще не переносил.
Сейчас он не мог сказать, что с ним происходило за эти дни здесь. Только помнил, как его чтото спрашивали, и как он чтото отвечал. Хотя парень говорил все без утайки, его все время мучили, чемто кололи, прижигали, чтото впрыскивали в вены через иглы, большие и маленькие.
Веник смутно уже помнил, что говорил. Допросы и пытки сменялись тяжким беспамятством. Когда он был без в сознании его пытали и допрашивали, допрашивали и пытали, пока он снова не вырубался.
Все происходящее до абсурда напоминало допросы в Диаметре. Только здесь пытка была неотъемлемой частью допроса.
Сам же он за все время здесь, в кресле, узнал немногое. Разве что узнал, что Стоматолога зовут Сергей Петрович и увидел его не в пятнистой одежде, а в белом халате. Поверх него он носил длинный зеленый фартук, заляпанный багровыми пятнами. Судя по виду, заляпан кровью он был давно, и Веника мутило от мыслей, что была там и его кровь.
Обычно, как только он приходил в сознание, на него наседали с вопросами, но на этот раз с допросом не спешили.
Веник повернул голову, рассмотрев краем глаза две тени неподалеку. Стоматолог и его подручный, молодой еще парень, Никита. Ублюдок с дебильной, щербатой рожей. Два изверга в белых халатах. Сейчас они стояли возле стола и разговаривали.
– Плохой нам материал достался, Сергей Петрович, – говорил помощник.
– Какой там материал, говно одно, – согласился Стоматолог. – С ним и работы никакой. Он сам все разболтать готов.
– Так зачем же мы столько материалов на него потратили?
– Как зачем? Вопервых, давно у меня практики не было, а вовторых, ты забыл что ли, что я тут последние дни? Все это, Никита, теперь твое. Надо же тебя в курс ввести, показать все в натуре.
Помощник промолчал.
– Вот смотри, – продолжил Стоматолог. – Это главная изюминка моего хозяйства. РБД2. Слышал об этом препарате? Мало его осталось, но надо же мне показать, как он в работе. Хоть на этом говне, но посмотришь.
Раздался хруст вскрываемой стеклянной ампулы, по которому Веник определил, что сейчас последует укол.
И правда, Стоматолог и его подельник подошли к парню и встали над ним. Они смотрели на него без эмоций. Так, например, смотрят жители Тамбура на раздавленную крысу.
Никита расширил пальцами правый глаз Веника и посветил туда маленьким фонариком с тонким лучом света.
– В сознании. Куда вы его?
– В локоть.
Молодой было сунулся протереть место укола ваткой, но Стоматолог отстранил его.
– Не надо. Теперь с ним уже все…
Укола Веник не почувствовал.
Мучитель убрал шприц и снова
